Он остановился, и улыбка исчезла с его лица. Торт выскользнул из рук, с глухим влажным стуком упав на пол.
Мое сердце грохнуло о ребра, и я обернулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как его глаза, прикованные к окну, расширились. Снаружи волна тьмы накатывала на холмы, поглощая свет на своем пути. В ее центре было что-то.Кто-то.
Дверь распахнулась.
— Дэй! — закричала я, но он уже исчез, босиком бросившись в ночь, словно даже не услышал меня.
Упавший торт грудой лежал у моих ног. Несколько упрямых свечей зашипели, когда я вылила на них чай из кружки. Сладкий запах глазури висел в воздухе.
Все еще в пижамных штанах и футболке, я побежала, от страха пульс грохотал в ушах. Чем выше я поднималась по холму, тем тяжелее давила ночь — тошнотворная уверенность, что что-то не так…
С каждым шагом я чувствовала это.
Его.
Его хриплый голос разорвал темноту, прожег дыру в моей груди.
— Назад, Астория, — потребовал он, слова срывались, захлебываясь болью.
У края ограды замер Дэй, ужас застыл на его лице. За оградой Грим еле сдерживался под атакой того, что походило на призраков. Они роились вокруг него, тени, движимые яростью, свежие отметины появлялись на его теле, кровь пропитывала мерзлую землю.
— Грим! — закричала я, бросаясь к нему.
Дэй рванулся, схватив меня за запястье, пытаясь удержать от пересечения ограды. Его хватка была железной, но отчаяние сделало меня безрассудной.
— Держи ее, Дэй! Клянусь, если не удержишь, я тебя убью! — крикнул Грим, голос его был полон агонии.
Я рвалась из хватки Дэя, пока плечи не хрустнули, а слезы не затуманили зрение. Наконец его хватка ослабла. Взгляд Грима нашел меня в ночи.
Его темные глаза, с красными краями. Его щеки, мокрые от слез.
— Не переступай ограду, Темпест, — выдохнул он. — Пожалуйста. Я умоляю тебя.
Еще одна тень вцепилась в него, выворачивая плечо назад с тошнотворным хрустом. Единственным звуком громче визга призраков был крик Грима — рваный, невыносимый.
Я не могла оставаться в стороне.
Я не останусь.
Перепрыгнуть ограду было легко. Укус магии впился в кожу, пронзая чувства, но это было ничто по сравнению с ужасом потерять его. Где-то позади Дэй кричал ругательства, его голос был почти такой же надломленный, как у Грима. Но я едва слышала их.
Я бежала.
Босиком по мерзлой земле. Сквозь щелкающую и шипящую тьму. Слезы застилали глаза, пока призраки, как пиявки, впивались в Грима, разрывая его. Некоторые из них отрывались, поворачиваясь ко мне. Я не замедлялась. Я не вздрагивала. Ничто не могло остановить меня, когда он был в пределах досягаемости. Не тогда, когда еще был шанс спасти его.Смерть нуждается во мне.