— Ты можешь идти. Но если хочешь остаться, подожди, пока я переоденусь. — Она пожала плечами, слова небрежные, но я знала ее. Ей нужна была компания. Особенно когда Санджай был в отъезде.
— У меня все равно никаких планов. Иди переодевайся. Я закажу пиццу.
Ее лицо осветилось, всего на секунду. Этого было достаточно, чтобы вызвать слабую улыбку на моих собственных губах. Ей нужно было что-то нормальное, что-то, что заставило бы ее снова почувствовать себя человеком. Я кивнула ей, даря краткое утешение, прежде чем она скрылась в маленькой ванной.
Я достала телефон из сумки и собралась сделать наш обычный заказ. Минуты тянулись, мягкая музыка на удержании начала притуплять мои чувства. Но потом это случилось —тот звук .
Пронзительный, бешеный писк.
Я застыла. Моя кровь заледенела. Мое сердце врезалось в ребра.
Телефон выскользнул из руки, с грохотом упав на пол, когда я бросилась к Ишани. Я едва осознала, как дверь ванной распахнулась, крик Пайпер пронзил воздух, когда она выскочила, полуодетая, охваченная паникой.
Тело Ишани дергалось, в судорогах билось на кровати. Мониторы сошли с ума, разрывая воздух писком такой высоты, которую почти не воспринимало человеческое ухо. Голос Пайпер наполнился отчаянной мольбой, когда она скинула с кровати плюшевых зверей Ишани.
Я не могла думать. Я не могла осмыслить.
Время растянулось — все замедлилось — и затем монитор показал прямую линию. Звук был оглушительным, словно рев в ушах.
Руки Пайпер дрожали, когда она потянулась к кнопке вызова медсестры. Я не думала. Я действовала на рефлексах. Я отбила ее руку и охрипшим голосом закричала, чтобы она шла за Ханной.
Не говоря ни слова, она выбежала из палаты, босиком, рубашка сползла с плеча, когда она исчезла в коридоре.
У меня были секунды. Секунды, чтобы спасти Ишани.
Я закрыла глаза, дыхание перехватило в груди. У меня не было выбора. Я не знала, как долго это продлится, но я должна была…
Затем, тень. Воздух стал холоднее и гуще от чего-то, что я не могла назвать, но знала лучше, чем свое собственное неизменное лицо. Эта тихая тревога. Странное ощущение, будто с миром что-то не так, хотя этого не видно. Тишина, растягивающая время. Его тяжёлый, едва уловимый запах усиливал напряжение в воздухе.
Грим.
Мелькание. Движение без формы. Присутствие, исчезнувшее прежде, чем его увидели. Я не видела его, но чувствовала, в своем мозгу, в тишине…
В медленном, методичном токе крови по моему телу я чувствовала это. Несправедливость.
Что моя нить не может оборваться, но невинная душа девочки передо мной может, прежде чем ей выпал шанс пожить.