Вот правильно говорят: хуже всего — ждать и догонять. Я уже наметил цели: пулеметную точку в полуразрушенном сарайчике и низкую груду кирпичей, откуда особенно интенсивно строчил кто-то по нашим позициям. Руки просто чесались всадить очередь в спину окаянным. Но нельзя. Надо терпеть. Откроем огонь раньше времени — и сразу станем приоритетной целью. А у них по любому есть что-то серьезнее автомата. Я сам видел, как тип с «рпг» пытался подавить пулемет на чердаке. Тут нужно было действовать хитро, как монголы: набегами. Подкатился незаметно, дал пару точных очередей — и снова в ночь. Сменил позицию, подъехал с другого фланга, пострелял — и так далее. Выжигать их методично.
— Заводи! — скомандовал вдруг Василич — Поехали!
Ну вот, дождались. Деду дважды повторять не нужно. Мотор взревел, машину тряхнуло, и, вырвавшись из укрытия, мы уже катили в сторону пылающих строений и покосившихся сараев.
Один пулемет бил из небольшого деревянного сруба — возможно, это была баня. Второй спрятался за грудой кирпичей и строительного мусора у забора. Плюс по всему периметру обороны рассыпались автоматчики, поливая огнем наступающих.
— Баню завалю и сразу назад сдам! Раньше времени не пали! — определив принадлежность самого опасного строения, прохрипел дядя Саша. Его голос был спокоен, как у таксиста, объявляющего остановку. Он резко развернул машину на одной гусенице, и мотолыга рванула вперед, набирая скорость. Мотор бешено ревел, заглушая все остальные звуки. Впереди — силуэт сруба, из окна которого вырывалась частая строчка пулеметных вспышек.
Удар! Нос машины задрался, но тут же ушел вниз — мы въехали в сруб, сминая бревна, как спички. Дядя Саша уже врубил заднюю передачу, и мотолыга, с грохотом выворачиваясь из груды развалин, поползла назад. Мой черед!
Прищурившись, поймал в прицел второго пулеметчика за грудой кирпичей. Он только начал разворачивать ствол в нашу сторону. Два коротких, точных нажатия на электроспуск. ПКТ дёрнулся, выплюнув сноп огня. Тело пулеметчика подпрыгнуло, как игрушечное, и замерло, широко раскинув руки. А я уже переводил ствол на рассыпанных по линии обороны автоматчиков. Они были настолько увлечены стрельбой по наступающим снизу, что не обратили внимания ни на мотолыгу, ни на бешено рычащий ПКТ у них за спиной. Либо не слышали за общим грохотом, либо подумали, что свои на подмогу приехали. Я всадил в их скопление почти всю ленту, ведя огонь короткими, хлесткими очередями. Остановится только когда целей в прицеле не осталось, а мы уже отъехали на приличное расстояние, скрывшись в спасительной темноте. Последнее, что успел заметить — снующие на фоне пожара силуэты и падающие тени.