— Минус два пулемета и до десятка пехоты, — отвечаю на немой вопрос Василича. Точнее сказать не могу — как-то все смазано мелькало в огне и дыму. Меня потряхивает от адреналина. Я понимаю, что это чистая удача и второй раз так уже не прокатит, они теперь начеку. Но пока перезаряжаю ленту, дикое желание повторить налет буквально срывает башню. Азарт охоты, ощущение силы этой железной махины и пулемета давит на мозг с такой силой, что приходится постучать лбом о холодный металл крепления пулемета, чтобы прийти в себя.
— Спокойнее, Васёк, спокойнее… — видя моё состояние, успокаивающе говорит дядя Саша. Со стороны кажется, что он единственный из нас ничуть не взвинчен, словно происходящее для него — обычное дело, вроде вспашки поля. — Сейчас можно издали пострелять. Подъеду чуть левее, подальше только откачусь… Без фанатизма.
— Так не видно же ни хрена? — я вижу вспышки выстрелов, но о результатах стрельбы издали не узнать. Более того, таким макаром запросто можно и своих зацепить, если они слишком близко подойдут.
— А ты трассеры заряди, — посоветовал Леонид, припав к смотровой щели. — Хорошая штука в темноте. Только часто не лупи. Дал пару очередей — обозначил себя. Дождись, пока позицию сменим, и еще разок. Только целься тщательней, патроны экономь.
Честно говоря, я с трудом понимал, что происходит внизу. Дома и сараи горели уже повсеместно, освещая поле боя неровным, прыгающим светом. Все перемешалось. Наши обходили с двух сторон, сжимая клещи. Бандиты сбивались в кучу, сдвигаясь ближе к центру чётной стороны улицы, к двухэтажному кирпичному дому у перекрестка, но сдавать позиции пока не спешили, отстреливаясь яростно.
— Давай две коротких сразу! — хрипло выкрикнул дядя Саша, останавливая машину на новом месте. — Потом перееду немного, и еще две! По тому сараю с краю!
Я кивнул, чуть повернув башню. Нашел место, откуда бил очередной пулемет — не сами вспышки, но их отблески на стене соседнего здания отчетливо выдавали позицию. Зачем-то выдохнул — хотя машину трясло, и это не имело смысла. Плавно потянул спуск. Стрельба трассирующими в ночи была завораживающе-страшной. Огненные стрелы, как из брызгалки, летели в темноту. Я видел их путь и мог корректировать огонь на лету. Первая очередь легла чуть левее цели. Я повел ствол вправо и вниз, дал еще две короткие очереди. Огненные линии вонзились точно в то место, где мелькали отблески. Пулемет противника умолк.
Машина дёрнулась, заревела, проехала несколько десятков метров по полю и снова остановилась. Я искал новую цель — небольшой саманный домик, откуда с короткими паузами строчили двое автоматчиков. Едва успел поймать его в прицел, как по броне корпуса громко, как горох по железу, защелкали пули! И совсем рядом, с оглушительным грохотом, что-то взорвалось! Башню тряхнуло, меня швырнуло на броню.