Мда… Сейчас только прочёсывать. Солнце почти ушло за лес, небо на западе пылало кроваво-багровым заревом. Ещё минут пятнадцать — и совсем стемнеет. А у нас даже фонарей нет. Да и с фонарями в этом лесу сейчас страшно. Здесь же теперь зверья — тьма! Пока ехали, кого только не встретили: лосей с неестественно раздутыми шеями, зайцев размером с собаку, стаи каких-то тварей, мелькавших в кустах. И кроме волков, которых я уже видел и потому боялся пуще огня, могли быть куда более страшные хищники. Ощущение, будто лес проснулся и наблюдает.
Но участковый так не считал, да и никто из подошедших мужиков, по-видимому, тоже. Мы быстро выстроились — кроме нас с Андреем было ещё шестеро, все с карабинами или дробовиками, лица напряженные, — и молча потопали по сухой, хрустящей прошлогодней траве, вглядываясь в сгущающиеся сумерки.
Шаг, другой, третий — три тысячи сороковой. Без толку исходили всё в радиусе километра. Исчезнувшие мужики так и не нашлись, будто сквозь землю провалились. Ни следов борьбы, ни клочков одежды, ни пустых гильз, ни вытоптанной травы — ничего, что хоть как-то указывало бы на их присутствие здесь. Через два часа, когда я уже замёрз как цуцик, а ноги гудели от усталости, участковый наконец махнул рукой:
— Хватит. Темно. Возвращаемся.
— Машину оставим здесь, — сказал он резко, когда кто-то предложил перегнать буханку. — Если они потерялись… — Он запнулся, явно не веря в эту версию. — Хотя, чтобы заблудиться и не выйти к селу — иди вдоль реки и всё. Но если… если они потерялись, — повторил он, — буханка будет ориентиром. Маяком.
Спорить никто, конечно, не стал. Но в глазах у всех читалось одно: шансов на то, что пропавшие найдутся живыми, если вообще найдутся, практически никаких. Пока бродили, выяснилось: все трое — не пьяницы, а крепкие, ответственные мужики, местные охотники, лес как свои пять пальцев знающие. Что могло с ними произойти? Летом — утонуть, но сейчас лёд ещё крепкий, хоть и потемневший. И будь это так, следы к воде были бы. Кто-то напал? Но тогда это должно было случиться мгновенно, настолько неожиданно, что никто из троих даже выстрелить не успел. Хотя… даже если и стреляли, в деревне могли не услышать — расстояние приличное, лес стеной. Но всё равно как-то не верилось — выстрелы-то громкие! Кто-нибудь, да услышал бы, народ сейчас на взводе. Тем более с этой стороны пост речной расположен, уж там бы точно отреагировали.
Вывод один: не стреляли они. Тут что-то другое. Что-то, что не дало им даже пальнуть в воздух.
Вернувшись в управу, мы с Андреем, смертельно уставшие и продрогшие, потопали в столовую — после такой прогулки есть хотелось зверски. Но не успели дойти до дверей, как где-то внизу, возле реки, сухо, отрывисто защелкали выстрелы. Один, другой, третий — палили почти без перерыва.