А затем Седрик сжал рукой свой мановый жетон, и Элирия вспыхнула.
Точно рождающаяся звезда — огненная и яркая — она ощутила все. Каждую нить их магии: пламя, дикую силу, воду и ветер, смешивающиеся в ее венах, в ее дыхании, в самом ее существе. Ее внутренняя тень проснулась и вплелась в гобелен магии, плавающей внутри. Она никогда не ощущала себя такой могущественной, никогда не чувствовала себя такой живой.
Такойцельной .
Элирия развернулась к стене, и в этот раз ей даже не потребовалось тянуться и привлекать нити дикой магии. Одним движением ладони лед, создание которого потребовало стольких усилий, растаял на окне. Замерзшая преграда растворилась, обнажая перепутанные лозы. Лозы, которые больше не сопротивлялись, больше не сражались с ней.
Проход расширился, колючие плети расступались с легкостью. Словно вздыхая с облегчением, корни расплетались. Они покорялись воле Элирии от одной лишь мысли.
Через мгновение перед группой стоял широкий арочный проход.
И так же быстро, как явилась эта великолепная смесь магии, пульсирующая сила в венах Элирии угасла, затихла, смягчилась… пока не исчезла вовсе.
Она отступила назад, вытирая щеку тыльной стороной ладони:
— Видите? Что я вам говорила? — выговорила она между рваными вдохами. — Единство.
Все семь чемпионов уставились на нее с нескрываемым неверием на лицах.
— Что? — спросила она, внезапно почувствовав себя неловко.
— Это было… — Гаэль не договорила.
— Ты была… — Зефир, казалось, потеряла дар речи.
Нокс лишь смотрел на Элирию своим пристальным малиновым взглядом.
Прошло еще несколько мгновений, прежде чем Кит наконец заговорила:
— Ты светилась, Элль, — сказала она. — В ту секунду, когда кровь Седрика капнула в твою ладонь, это было похожим на… я не могу описать. Ты была точно живое северное сияние. — Она сделала паузу, заламывая руки, а затем понизила голос: — Это было… Это было так же, как раньше? С Эвом?
Элирия прикусила нижнюю губу. Нет. Все было совсем не так. И близко не стояло. И дело было не только в количестве людей или объеме силы. Все ощущалось иначе. И Элирия подумала, что Кит, возможно, поняла это, потому что, не дожидаясь ответа, шагнула к новосозданному проходу.
— Ну что, идем? — спросила Кит, заглядывая в проход за стеной.
Лабиринт высился перед ними: темные, извивающиеся проходы тянулись вперед, обрываясь слева и справа. Стены, казалось, были сотканы из тех же корней и шипов, что и внешний периметр, доходя до самых крон деревьев — до самого барьера. Перелететь его по-прежнему было невозможно, так же как и посмотреть сверху.