Но это уже не имело значения.
Потому что прежде чем Седрик успел высечь хоть единую искру своей магии, жгут тени вырвался из вытянутой руки Элирии и обвил шею Белиена.
Зефир ахнула. Леона закричала.
— Что ты там сказал? — Голос Элирии звучал как позолоченный кинжал — прекрасный и смертоносный. — Не уверена, что расслышала тебя правильно.
Белиен впился обеими руками в тень, задыхаясь.
Желудок Седрика скрутило, когда он увидел, как магия Элирии обвивает шею Белиена. Он, конечно, слышал истории о силе Призрака. Проводил ночь за ночью, представляя её, мечтая о том, как встретиться с ней. Встретиться с Элирией. Выцедит ее силу, будет смотреть, как свет меркнет в ее глазах, отомстив за смерть родителей.
Видеть, как она владеет ею сейчас, было совсем не так как он себе воображал.
Это было так темно. Так разрушительно. Так завораживающе.
И так похоже на ту силу, которая только что на его глазах разорвала его мать на куски.
— Повелительница ночи, — красно-черные глаза Нокса въелись в Элирию. Его голос звучал как благоговейный шепот, едва различимый за криками Леоны и тяжелыми хрипами Белиена.
Кит тоже уставилась на Элирию с открытым ртом. Словно впервые по-настоящему увидела свою подругу.
Тень сжалась туже. Лицо Белиена начало наливаться фиолетовым.
Та золотая нить в груди Седрика потянула его вперед, пока он не оказался бок о бок с Элирией. Ее тело дрожало — то ли от напряжения от использования темной магии или от сдерживания себя, чтобы не выпустить ее еще больше, он не знал.
— Элирия, — прошептал он ей на ухо, его голос звучал глухо. — Хватит.
Она не отреагировала.
Он поднял руку. Замер. Отвел назад. А затем, настолько нежно, насколько мог, прикоснулся двумя пальцами к ее подбородку и повернул ее лицо к себе.
Магия вспыхнула в месте касания, прогнав разряд по телу Седрика. По Элирии тоже, судя по тому, как резко ее рука опустилась, а тень рассеялась в ничто.
Белиен рухнул на пол, хрипя, задыхаясь и скуля, пока Леона суетилась рядом с ним. Седрик едва слышал их. Не тогда, когда изумрудные глаза впились в его собственные на расстоянии всего пары дюймов, а его рука все еще касалась ее лица.
— Да, довольно, — раздался голос Арбитра.
Седрик опустил руку.
И все остановилось.
— Нет, — плечи Гаэль опустились в ту самую секунду, когда многоголосое эхо Арбитра разнеслось по зале. Пэйлин к ним не присоединится. Испытание Духа завершилось.
— Чемпионы, восторжествовавшие над духом и правдой, — прогремел голос, — примите мои поздравления. И мои соболезнования.
Что ж, это было в новинку. Элирия и подумать не могла, что таинственное существо способно проявить нечто хоть отдаленно похожее на сочувствие после первого же испытания. Неужели оно начинает привязываться?