«И слава звездам за это» , — подумал он.
— Все еще не кончено, — произнесла она, и Седрик снова усомнился в заявлениях звездной богини о том, что она не является всеведущей. Скорбь заполняла каждый слой ее голоса. — Боюсь, все только начинается. Впереди нас ждет еще много тьмы, если мы хотим встретить новый рассвет.
Седрик глубоко вдохнул:
— Сквозь жертву, тьму и преданную дружбу, — ответил он, цитируя пророчество. Но Аурелия уже исчезла, растворившись в эфире, увлеченная обратно в свою темницу.
Тристан, Тибо и Харгрейв окружили Седрика защитным кольцом, пока они пробирались к выходу из залы сквозь тех немногих зрителей, что еще мешкали. Те рвались вперед со своими вопросами, просьбами и требованиями. Седрик делал все возможное, чтобы ответить на то, что мог, и подбадривал там, где был способен. И лишь пройдя сквозь городские ворота на входе в Затерянный Город — больше не потерянный, — он заглянул глубоко внутрь себя, выискивая свет на конце того поводка, что все еще оставался привязан где-то за его ребрами.
Лагеря арканийцев и людей все еще стояли по левую и правую руку от него при выходе из Люминарии. Седрик позволил своему взгляду пройтись по каждому из них по очереди прежде, чем устремить глаза к горизонту, где немое обещание держалось туго, растягиваясь сквозь расстояние точно золотая нить.
Восемь недель спустя.
Аэрития всегда казалась Элирии слишком уж яркой. Она стояла на балконе своей комнаты в поместье Рейвенсвингов, пока прохладный прибрежный бриз шевелил кончики ее распущенных волос, и смотрела на город. Ее взгляд скользил по улочкам из белого камня, арочным мостам и золотым куполам крыш столицы Нирунделла, сияющим под лавандовым сумеречным небом. Все вокруг выглядело слишком вылизанным, чересчур безупречным. Слишком не похожим на остальное королевство.
За годы, проведенные здесь вместе с Эвандером и Кит, Элирия так и не почувствовала себя своей. Даже сейчас, когда на улицах ощущался осторожный оптимизм, а на каждом углу шептались об хрупком перемирии, заключенном между королем Лахландрисом и королем Каллумом после завершения Испытаний, Элирия все еще хранила в душе глубоко укоренившееся чувство чужеродности.
Верный своему слову, Седрик, похоже, выложил своему знатному лорду всю правду о произошедшем в Святилище. О том, что они узнали. Что Испытаниa присудило лишь одну часть Короны Согласия и что Варит Мальхиор слишком долго распространял свое темное влияние. Что принцесса Селена не просто избежала гнева Малакара, но и, возможно, до сих пор находится где-то с другой половиной короны.