Ему оставалось только верить, что она нанесет удар вовремя. Они часами обсуждали план: Валлек должен был выманить Амаранту как можно дальше от свиты. Отвлечь ее обещаниями, заставить сосредоточиться на возможности схватить Равенну или Лейту, и в тот миг, когда она поверит в свой триумф, вырвать его из рук.
В теории план звучал поэтично, но здесь, чувствуя песок под сапогами и встречая ледяной взгляд королевы, Валлек мог лишь молиться, чтобы чутье и рука его пары не дрогнули.
— Летом вы разослали гонцов в прибрежные деревни. Предупреждали о преступнице-полукровке.
Темные глаза сверкнули интересом, и Валлеку показалось, что на лице королевы промелькнуло самодовольство. Письмо, которое составила Эйдис, не утверждало прямо, что у них есть сведения о беглянке, но Королева Фэйри, должно быть, догадывалась. Иначе она не явилась бы лично.
Если бы Валлек искал кого-то столь ценного, он бы тоже не доверил это дело другим.
То, что он согласился привести свою пару прямо в лапы к той, кто желал ей смерти, не давало ему покоя. Прошлой ночью он долго лежал без сна, размышляя над этой дилеммой.
— Было такое, — подтвердила Амаранта. Она снова окинула взглядом ряды берсерков. — Передать доброе предостережение соседям казалось мне правильным.
— Разумеется. Это заставило меня задуматься о безопасности наших границ… и о том, не пора ли пересмотреть условия нашего соседства.
Одна из ее бровей едва заметно приподнялась.
— И подорвать вековые традиции и добрую волю? Сомневаюсь.
— Раз на моих землях объявилось столько беглых фэйри, надеюсь, вы передумаете. У меня тоже есть королевство и народ, о которых нужно заботиться.
В ее взгляде стало меньше высокомерия, она пристально всматривалась в лицо Валлека. Он замер, почувствовав, как по ногам поползли невидимые щупальца магии.
Откашлявшись, он переступил с ноги на ногу, заставляя чары рассеяться.
— Она у тебя? — выдохнула Амаранта.
— Я этого не говорил.
— Ты вообще мало что сказал по делу. У меня нет времени на игры, Король Орков.
— Но вы так мудры и прожили столько лет, — парировал Валлек с дерзкой ухмылкой. — Я принял ваше предостережение близко к сердцу и обыскал свои земли. Я не нашел никого, кто подходил бы под описание ваших гонцов. Та, что у меня, белокожа… прямо как вы.
Воздух вокруг внезапно застыл. Волны перестали биться о берег, ветер стих. Морские птицы замерли в небе, и песок под его сапогом не издал ни звука, когда он шевельнулся.
— Невозможно. — Ее голос донесся словно издалека, глубокий и страшный. — Ты лжешь.
— Лгать было бы «не по-соседски», — ответил он. — Клянусь честью, я говорю правду.