Я хотела большего. Хотела его. Нуждалась в этих прикосновениях.
В зеркале я смотрела, как он осматривает моё тело, что послало очередную волну тоски, взрывающуюся внутри меня, за которой последовала необузданная похоть.
Я придвинулась ближе к нему, полностью выпрямившись, и Давиан позволил своей правой руке обойти меня.
Затаив дыхание, я смотрела, как он положил её на мою шею и приподнял мой подбородок, заставляя меня смотреть на него, когда он притянул меня к своей груди.
Всё, что я видела, — это синяя нить, обвивающаяся вокруг нас, в то время как взгляд Давиана темнел, а моё пульсирующее желание поднималось всё выше и выше.
— Ты знаешь, как тяжело мне не спустить с тебя штаны и не трахнуть тебя на моём туалетном столике, пока ты не пожалеешь, что довела меня до такого безумия?
Из меня вырвался задыхающийся вздох.
Я не хотела ничего другого. Мне не нужно было ничего другого.
Всё во мне хотело наконец слиться с ним.
— Тогда чего ты ждёшь?
Я начала вращать бёдрами, чувствуя, как сердце Давиана бешено бьётся о мою спину, чувствуя, как он прижимается ко мне сильнее, явно на грани потери контроля.
Обычно мы сражались на одной стороне. Но не сегодня.
Мои брюки мешали...
Я позволила рукам скользнуть к пуговице, расстегнула её и спустила брюки и трусики обеими руками с её тела до середины разгорячённых бёдер.
Давиан смотрел, как окаменевший, сквозь зеркало на блестящую щель моей киски, но я не дала ему ни секунды паузы и выгнула спину, так что его взгляд автоматически скользнул вниз, к моей обнажённой заднице.
— Коснись меня, Давиан... — выдавила я среди всех ошеломляющих ощущений удовольствия. — Сделай то, что ты так долго хотел сделать.
Его челюсть начала работать, взгляд стал темнее, чем когда-либо.
Я нуждалась в нём как можно ближе, нуждалась в нём внутри меня.
— Давай. Это твой шанс.
Я выпрямилась и позволила рукам скользнуть за спину, к его брюкам.
Он схватил меня за руку.
— Квилл, — тихо прорычал он.
— Да?
Он сглотнул, и его рука коснулась моего обнажённого бедра.
Свободной рукой мне удалось схватить её, прижать к бедру и позволить ей скользнуть вниз, к моей заднице.
Ошеломлённый, он дышал в мою шею.
Осторожно я выскользнула другой рукой из его хватки — пока он в отчаянии закрыл глаза, будто на грани того, чтобы сдаться, — и нашла пуговицу на его брюках. С большим трудом я расстегнула её одной рукой, и Давиан выругался что-то неразборчивое, прежде чем я потянула его молнию вниз.
Я отпустила его руку, и он оставил её на моей заднице, продолжая ощупывать мои изгибы сам, так что я не могла не застонать от удовольствия.