— Ты всё ещё думаешь, что я дешёвая копия моего отца.
Я остановился и снова повернулся к нему.
Его выражение было теперь серьёзным.
Маленький обиженный мальчик, которому не хватало внимания от папочки.
— Но это Джозеф. Вы все забываете, что у него тоже был наставник, и он всё ещё целует ему задницу.
До сегодняшнего дня я был твёрдо убеждён, что последнее, чего я хочу, — соглашаться с Троем. Это изменилось в начале этого месяца. И мне не нравился тот факт, что я находил всё больше правды в его словах о Джозефе.
— И ты можешь говорить мне многое, Давиан, но эта девушка? — Он покачал головой, прежде чем снова прицелиться в мишень. — Она не вписывается ни в концепцию моего отца, ни в концепцию Джозефа. — Он выстрелил и опустил винтовку. — Если Лукас не вышибет её из дебатов, ты рано или поздно попадёшь в неприятности с ними обоими. И мы оба знаем, что ты убегаешь от конфликтов, как маленький сирота, которым ты всё ещё остаёшься в глубине души.
Тогда я позволял кулакам говорить за себя в ответ на все замечания о сиротстве. Сегодня я был более зрелым, мои стены против него были более устойчивыми.
— Ты больше не можешь меня провоцировать.
— О, нет? — Он снова рассмеялся, забавно. — Странно, что каждый раз, когда я говорю о девушке Веритас, твои челюстные кости говорят о другом.
Что-то в моём животе сжалось, застигнутое врасплох.
Трой опустил оружие, шагнул ближе, внимательно наблюдая за мной.
— Я, конечно, надеюсь, что наш образцовый протеже не стал слишком защищать свою студентку-женщину.
К чёрту этого человека.
Он был мудаком. Чёртовски внимательным. Когда он хотел разрушать людей, он переворачивал каждый камень. И сейчас он стоял перед довольно большим невидимым камнем, который мог либо случайно обойти, либо споткнуться о него, если я не буду осторожен в своих действиях и словах.
— Я буду следить за тобой. — Он постучал стволом винтовки по моей груди. Дважды. — За вами обоими.
Наконец он вернулся, чтобы продолжить стрельбу, и я вздохнул с облегчением.
На этот раз я не колебался. Я развернулся, взял винтовку Тони и положил её в кейс, прежде чем направиться к парковке, где Тони уже ждал в своей машине, уставившись в пустоту.
Поймёт ли он когда-нибудь, что это я украл его пистолет тогда?
Глава 45
Квилл
Засохшие листья
Две недели, полные юридических занятий и тренировок с Моникой и Давианом, пролетели незаметно, и я пыталась избегать отца в кампусе. Он был единственным профессором, который не комментировал мою забинтованную руку. Единственным, кто сверлил меня взглядом, когда никто не видел.