Глава 7
Квилл
Перо правды
The One and Only
Chesney Hawkes
— И ты абсолютно уверен в этом имени?
С покалыванием в кончиках пальцев я взяла из рук Томаса карточку, которая без сомнения сойдёт за настоящее удостоверение личности, и повертела её на свету.
Он сделал это фото прошлой зимой после школы в мужской раздевалке, за месяц до того, как мама умерла от отравления алкоголем, а я окончательно бросила школу.
Квиллон Веритас.
Уголок моих губ дёрнулся вверх.
— Думаю, это провокационно. Все эти юристы будут выглядеть довольно ошарашенными.
Кроме того, я хотела избежать драмы, которая обрушилась бы на меня и мою гнилую семью, как только выяснится, что у бывшего адвоката высшего звена и председателя юридического факультета Мейплкреста Джозефа Рихтера есть незаконнорожденная дочь, поступившая в частный элитный университет без аттестата о среднем образовании.
Конечно, я хотела увидеть, как королевство моего отца рассыплется в прах. Но сначала я собиралась повеселиться.
Томас поднял взгляд от другого удостоверения, принадлежащего молодой женщине, положил пинцет рядом с тиснильной машиной под регулируемой настольной лампой с самодельной лупой, убавил громкостьThe One and Only Чесли Хоукса и поправил очки, вечно сползавшие с носа.
Это был его способ заработать деньги на учёбу в элитном университете Мейплкреста, будучи сыном домохозяйки и механика.
Томас Сандерс был гением математики, физики и информатики, который вместе с моей лучшей подругой окончил школу с отличием, почти не прилагая усилий. Мы с Ларой ожидали, что он уедет из этих мест и будет изучать естественные науки, но, к нашему удивлению, он решил изучать политику в Мейплкресте.
Право, политика, экономика и журналистика — вот четыре направления университета Мейплкреста, где молодых людей готовили к тому, чтобы стать элитой Соединённых Штатов Америки. Немногие богатые семьи знали об этом учреждении, и власти старались держать его в тайне, чтобы избежать наплыва абитуриентов из всех социальных слоёв. Университет сам отбирал лучших кандидатов по школьным аттестатам, к которым имел эксклюзивный доступ через какие-то связи — я подозревала, что это имело отношение к спецслужбам и правительственному департаменту образования.
— Что бы ни сделал твой отец, надеюсь, ты понимаешь, во что ввязываешься.
Зелёно-голубой вязаный свитер Томаса висел криво поверх белой рубашки, и я гадала, как он в нём не перегревается. Я уже умирала, несмотря на свою тёмно-синюю футболку, и автоматически двинулась к вращающемуся вентилятору, который заставлял передние пряди каштановых волос Томаса взлетать и опускаться.