— Я чувствовал, что не могу удовлетворить своих читателей с Атринусом.
Он попытался снова сосредоточиться на моей коже, продолжая писать, и я представляла, как сильно его творчество должно было страдать под его перфекционизмом. Перфекционизмом, который сделал его тем, кем он был сегодня.
— Авторы не должны удовлетворять нас своими персонажами. Они должны научить нас чему-то.
Он замер, глядя в блокнот.
— Какому уроку научила тебя моя книга?
Я нерешительно улыбнулась.
— Что в этой жизни нет ничего, ради чего стоило бы отказываться от того, что спасло мне жизнь.
Я имела в виду письмо. Я была уверена. Я хотела, чтобы он знал, что письмо было тем, что поддерживало меня так долго.
Но в тот момент, когда я сказала это, я знала, что это было не единственным, что спасло мою жизнь. Что, в конце концов, оно даже не было достаточно сильным, чтобы остановить меня в решающий момент.
Или, может быть, было?
Я бы узнала это той ночью. Но Давиан был быстрее...
Давиан смотрел на меня некоторое время, прежде чем выйти из транса и встать, чтобы вернуть блокнот на стол.
Prelude: The Atlas March
Tom Tykwer, Johnny Klimek, Reinhold Heil, MDR Rundfunkchor,
MDR Leipzig Radio Symphony Orchestra, Kristjan Järvi
Мой взгляд задержался на большой татуировке. Надписи, которая тянулась через его лопатки, отмеченные моими царапинами.
— Что там написано? — Он повернулся ко мне, на мгновение выглядя озадаченным, поэтому я села и указала позади него. — На твоей спине.
Давиан вернулся и сел рядом со мной, повернувшись так, чтобы я могла прочитать надпись шрифтом пишущей машинки.
INKBIRD 12
Он слегка вздрогнул, когда я провела пальцами по буквам, наслаждаясь тёплой, упругой кожей под кончиком пальца.
— Мой первый псевдоним.
Я кивнула, хотя он не мог видеть меня, пытаясь сложить два и два, пока Давиан не подтвердил это для меня.
— Тогда я складывал больше бумажных журавликов. Десятки после каждого сеанса письма.
Я грустно улыбнулась.
Всегда перфекционист. Тем, чем я никогда не буду.
— Почему ты сменил его на Атрианиму?
— Это казалось менее уязвимым.
Моё любопытство к Атринусу вернулось, и следующий вопрос был на кончике моего языка, но как раз когда я открыла губы, чтобы спросить его, он снова повернулся ко мне.
— Достаточно об Атрианиме.
Он скользнул мимо меня, устраиваясь позади меня, и я озадаченно повернула к нему голову.
Он снова улыбнулся.
— Позволь мне заплести твои волосы.
Его руки скользнули в мои волосы, как в тот день, только на этот раз он начал массировать мою кожу головы, так что я с тихим вздохом прислонилась головой к его пальцам.