— Что вы двое делали в эти выходные?
Ничто не подготовило меня к этому вопросу.
— Ничего особенного, мы...
— Я не глупая, Квилл.
Она вырвала свою руку из моей, но немедленно снова взяла её и отодвинула одеяло, пока мы обе не уставились на письмо Давиана на моей руке.
Моё сердце испуганно подпрыгнуло.
— Я видела твои плечи. И кожу над грудью. — Она подняла мою руку. — И это.
Я сглотнула.
Её глаза становились всё более стеклянными.
Она никогда не должна была видеть этого...
— Один вопрос. — Она вдохнула, её грудь тяжело поднялась. — И ты должна ответить честно, потому что это не даёт мне покоя с воскресного вечера.
Узел в моём животе вернулся. И на этот раз кто-то тянул за оба конца верёвки. Безжалостно.
— Вы двое...
Лара не закончила вопрос. Ей не нужно было.
И мне не нужно было отвечать, чтобы она знала то, что, казалось, знало её чутьё ещё до того, как это случилось.
— О боже...
Она тихо рассмеялась.
— О боже.
Лара встала, обхватила себя руками и заходила по комнате, не забыв закрыть дверь.
— Я не могу в это поверить...
Я села прямо, подтянула колени к груди, чувствуя себя во власти этой ситуации.
Похоже, она действительно пыталась вытеснить это из головы.
— Прости...
— Нет. — Она подняла руку, покачала головой и повернулась ко мне. — Нет. Ты не должна. Прости, что я спросила.
Она звучала так, будто была на грани срыва, и это пугало меня.
— О боже...
Лара начала расхаживать взад-вперёд.
— Мой отец спит с моей лучшей подругой. Он действительно спит с девушкой моего возраста... Мой отец спит с моей лучшей подругой...
— Лара...
Я звучала более отчаянно, чем она. И это разрывало меня.
Было так много нужно объяснить, так много прояснить...
Но я даже не знала, что именно сказать, какие слова подходят, какие правильны.
Мои решения оставили рану, и каждое слово, жгущее на моём языке — которым я хотела попытаться закрыть эту рану, — казалось, только глубже разрывало её.
— Лара, пожалуйста...
Она развернулась ко мне.
— Эти слова там... — Она указала пальцем на моё тело. — Я никогда не должна была их читать.
Ещё слёзы выступили на её глазах.
Она прочитала их...
— Потому что они делают что-то естественным и правильным, что не является ни естественным, ни правильным.
Узел внутри меня грозил лопнуть под давлением, но он не лопнул, и он душил воздух в моих лёгких.
— Лара. Прости.
— Я хочу верить, что это кризис среднего возраста и что ты просто Квилл, делающая безумные вещи. Но глубоко внутри что-то подсказывает мне, что здесь есть нечто большее, и я не знаю, готова ли я это узнать.
— Если хочешь, я покину город. Я исчезну и оставлю вас с Давианом в покое.