Он снова приблизился к моему уху.
— Что заставляет тебя думать, что я не наполню тебя своим семенем?
Мои глаза расширились, и сокрушительная усмешка расплылась по губам Давиана.
Я хотела произнести его имя, но под его рукой раздался лишь невнятный мычащий звук, когда он снова отодвинулся, только чтобы снова погрузиться в меня.
Чёрт. Я хотела его, толкалась к нему. Но он действительно не мог кончить внутрь меня...
Снова он отодвинулся, снова полностью растянул меня изнутри, прежде чем набрать скорость.
Он убрал руку с моего рта.
— Давиан... Ты не можешь...
Мгновенно он вернул её обратно, снова наклоняясь к моему уху с тёмной улыбкой.
— Думаю, уже слишком поздно, Велина.
Мои глаза полностью расширились, что усилило его зловещую усмешку, прежде чем он снова набрал скорость.
Его яйца начали издавать хлюпающие звуки, и хуже того, его слова так сильно заводили меня, что я не могла не стонать в его руку при мысли о его липкой белой сперме, в то время как я чувствовала, как сочусь по его безжалостному члену.
Но это было неправильно... он не мог просто кончить внутрь меня...
— Будь хорошей девочкой и скачи на мне, Квилл.
Я подчинилась без колебаний, скача на его члене, тихо всхлипывая в его руку.
— Ух... Чёрт, да... Кто моя маленькая покорная шлюха? — Я всхлипнула, когда он приблизился к моему уху и трахал меня с нарастающей интенсивностью. — Кто хочет, чтобы её оплодотворили, а?
Его слова душили мой мозг, и прежде чем я успела ответить, он вошёл в меня так сильно, что мне пришлось схватиться за столешницу, чтобы удержать нас обоих, в то время как Давиан крепко обнял меня и прижался лбом к моей шее с подавленным стоном похоти.
— Прими моё семя, Квилл...
Я почувствовала, как он дёргается внутри меня.
Мои глаза расширились.
— Прими всё...
Он действительно кончил внутрь меня.
И я не могла не — ошеломлённая в его объятиях и на грани удовольствия — закрыть глаза и тихо вздохнуть в его руку, в то время как я прижала свою киску к его члену и сжалась вокруг него.
Чёрт, это было совсем не хорошо...
Задыхаясь, он приблизился к моему уху.
— Твоя киска принадлежит мне, Квилл. И я буду наполнять её, когда захочу, — выдохнул он у моей шеи хриплым голосом, прежде чем снова приблизиться к моему уху, всё ещё прижатый ко мне. — Быть моей означает, что я позабочусь о том, чтобы ни дня не проходило без того, чтобы моя сперма не капала из твоей киски.
Он вышел из меня, и я вздохнула, но тихо застонала, когда почувствовала, как он вводит два пальца в меня, слегка растягивая мой вход и позволяя своей сперме вытечь из меня, прежде чем размазать её по моим губам с мягким, чувственным стоном.