— Он друг, — перекрикивает их Джаспер, всё еще закрывая меня своим телом.
Я расцветаю от такой похвалы, и тени вырываются наружу, обвиваясь вокруг его ног.
— Союзник, — быстро поправляется он. — Точнее, информатор.
Я тут же сникаю. Что ж, видимо, над его словами поддержки мы поработаем позже.
— Он мой источник, — продолжает Джаспер. — Он работает на Людмилу и пришёл сюда, чтобы помочь нам.
Свирепая ведьма у плиты смотрит на меня так, будто готова разорвать на части.
— Это то самое существо, которое напало на тебя прошлой ночью?
Со вздохом Джаспер кивает:
— Да.
Еще больше криков и растерянных возгласов.
— Боги, как ты вообще выжил?
— Джаспер, это же рейф!
— Он убьёт нас всех!
Гортензия теперь стоит у столика с кофеваркой.
— Джаспер, оно всё это время было здесь?
Ведьмак морщится, бросая в ее сторону взгляд.
— Да, он пришел еще ночью.
Она вскрикивает, прижимая обе ладони ко рту.
— Пресвятой Юпитер! В моём доме ночевал рейф? Теперь понятно, почему Пиклз сегодня с самого утра сам не свой! Джаспер, ты должен был мне сказать…
— Вот сейчас и говорю! — перекрикивает он её. Затем обвиняюще обводит всех пальцем. Магия внутри него разрастается, вторя властной силе, которой наполнен его голос. — Вы сами избрали меня своим верховным жрецом. И я никогда не говорил, что буду хорош в этом. Наоборот, если помните, я сказал, что это была чертовски дерьмовая идея. Но верховный жрец здесь я. И защищать этот ковен я могу только так, как считаю правильным. Я решил довериться этому рейфу. Он пришёл сюда не для того, чтобы причинить нам вред. Он пришёл, чтобы помочь. И раз уж вы доверяете мне, я жду, что вы доверитесь и ему.
После этого заявления остальные ведьмы немного успокаиваются.
Джаспер поворачивается ко мне. На его лице читается тревога.
— Ну?
— Что «ну»? — хриплю я.
Некоторые из них испуганно ахают и отшатываются, услышав мой голос.
Боги, смертных так легко напугать.
— Расскажи им то, что рассказал мне сегодня утром, — настаивает Джаспер. — Расскажи, что тебе известно о Людмиле и её планах. Расскажи, что поставлено на карту, если мы ее не убьем.
О, так он хочет шоу? Да я могу устроить шоу хоть во сне. Забавный оборот речи, учитывая, что рейфы не спят.
Повернувшись лицом к ковену, я делаю глубокий дребезжащий вдох. Вскинув костлявые руки, растопыриваю пальцы и выпускаю тени на волю. Они ползут по стенам и по полу, погружая залитую солнцем кухню в неестественную темноту. По всей комнате вскрикивают ведьмы. Скрипят стулья. Бьется посуда.
Самым хриплым голосом, на какой только способен рейф, я провозглашаю: