Моя специализация всё же история гендера, так что мне действительно не терпится узнать об этом побольше. Пусть я и занимаюсь ранним Средневековьем, зато прекрасно умею работать с архивами. Если существуют доказательства, которые помогут связать эти археологические раскопки с ведьмами, я буду рада помочь их найти.
— Берди, привет! — Подпрыгивая, Фиби машет мне рукой. Она стоит под тентом-навесом в бело-розовую полоску, возле магазинчика, похожего на пафосный бутик для кошек. На ней кокетливый голубой сарафан, подчёркивающий талию и свободно расходящийся по её пышным формам. Сегодня её упругие чёрные кудри собраны высоко в два пышных пучка, а лицо обрамляет густая чёлка.
По причалу движутся толпы людей, увлекая меня за собой. Подойдя ближе к Фиби, я читаю витиеватые золотистые буквы на цветном стекле позади нее: «Кошачье Мяу». В витрине выставлены ряды кошачьих пестрых домиков для лазания и игрушки с перьями. В руках Фиби держит бумажный пакет с логотипом этого же магазина.
— Привет, — говорю я, уворачиваясь от женщины, толкающей двухместную коляску. — Какое оживленное утро.
— Да, мы называем это «массовое нашествие». — Она оглядывает меня с ног до головы. — Девочка, ты выглядишь сексуально. Проголодалась?
— Немного. — Но нервничаю я гораздо сильнее, чем хочу есть.
Прочитав мои мысли, она проверяет свой телефон.
— Прости, Берди. По пятницам Джаспер всегда открывает магазин поздно. Он еще не выходил из дома. Почему бы нам сначала не позавтракать, как я обещала?
Я киваю на сумку в ее руке.
— Я не знала, что у тебя есть кошка.
Она смеется, поднимая его.
— О, строго говоря — нет. Пиклз — кот при магазине. И он привередлив, когда дело доходит до еды. Он ест только супердорогие продукты. Если когда-нибудь тебе понадобятся доказательства того, что дядя Джас в душе большой добряк, я покажу тебе чеки за все банки тунца. — Она ведет меня вверх по улице. — Каждый вечер мы запираем Пиклза в магазине, но клянусь, он умеет открывать двери. Не удивляйся, если утром обнаружишь, что он устроился у тебя на груди или ворует масло со стола.
— Считай, что предупредила. — Заправляя за ухо выбившуюся прядь волос, я иду следом за подругой.
Главная улица Порт-Калумета словно сошла с почтовой открытки. Широкая, она тянется вверх по лесистому склону, вдоль ряда уютных магазинчиков. Над каждой витриной красуются яркие маркизы, а большие окна обрамляют цветочные ящики, утопающие в цветах. Туристы отдыхают за столиками уличных кафе, наслаждаясь кофе и свежей выпечкой, а непослушные собаки заливаются лаем друг на друга, пока хозяева тянут их за поводки, пытаясь увести. Над всей этой суетой кружат чайки, высматривая, не удастся ли стащить чей-нибудь пончик. Не могу сдержать улыбку, когда замечаю чуть дальше по улице конный экипаж.