— И с чего Хоу взял, что он у меня?
— Потому что у твоего отца в одном из столов в газете лежали ксерокопии страниц этого дневника, — отвечаю я. — Какое-то время спустя после смерти Уильяма вещи, видимо, убрали и так и не вернули тебе. Когда весной случилось наводнение, многие коробки из «Горна» перенесли в архивы. Тогда-то Хоу и нашел коробку с вещами твоего отца. Страницы дневника были в ней. Хоу убежден, что дневник настоящий. Но ему нужно увидеть его целиком. Ему нужно подтвердить, что это действительно дневник Роберта Дента, иначе университет прикроет его проект и он лишится финансирования.
С надменным хмыканьем она скрещивает руки на груди.
— Звучит так, будто этому дневнику лучше оставаться ненайденным. Если эта находка даст ему повод продолжать копать...
— Он нужен нам, — перебивает Джаспер. — Он нужен ковену, Мерси.
— Зачем?
— Мы полагаем, он использует дневник как доказательство того, что Священная Пятерка захоронена где-то в Хоумвуде, — отвечает он. — А вдруг в дневнике есть хоть что-то, что поможет нам узнать, где именно — или хоть какое-то упоминание о вражде с Людмилой? Мерси, эта ведьма злобна и хитра. Нам нужна любая помощь, какую только сможем получить. Нам нужен этот дневник. Поэтому я спрашиваю тебя, как твой верховный жрец: он у тебя?
— Он должен быть маленьким, — добавляю я, показывая размеры руками. — Страница, которую я видела, была не больше восьми на пять дюймов. Пожелтевший пергамент. Мелкий, наклонный почерк.
Помедлив, Мерси качает головой.
— Нет. Прости, у меня его нет.
Вздыхаю, чувствуя себя сдувшимся шариком. Я буквально ощущаю вкус разочарования Джаспера.
— Больше нет, — добавляет Мерси.
Мы оба оживляемся. Джаспер подходит и берет ее за руку.
— Где он? Кому ты его отдала?
— А как ты думаешь, кому?
Джаспер не мешкает.
— Руби?
Мерси кивает.
— После смерти отца я вычистила многое из его кабинета. Это было просто слишком больно. Казалось, будто живу с его призраком. Он любил эти старые дневники.
— Они все принадлежали Роберту Денту? — спрашиваю я.
Она смотрит на меня с грустной улыбкой.
— Не знаю. Я их пристально не разглядывала. Как я уже сказала, было слишком больно. Но они должны оставаться в семье... в ковене. Поэтому я отдала их Руби.
Сжав ее руку обеими своими, Джаспер целует ее.
— Спасибо, Мерси. Спасибо, что сказала правду.
Она щурится.
— Я бы никогда не солгала своему верховному жрецу.
Облегчение явно читается на его лице.
— Не хочешь вынести вотум недоверия? Передать бразды правления Фрэнки?
Дотянувшись, она снова берет его лицо в ладони. Я вижу любовь, сияющую в ее глазах.