— Эй, полегче, — ворчу я, чем только сильнее её смешу.
Ладно, да, я позволяю девятнадцатилетней девчонке варить взрывоопасное зелье на моей кухне. И да, я знаю, что это безумие. Но у нас нет выбора, а времени всё меньше. К тому же возраст не определяет мастерство. Пусть Коре всего девятнадцать, но она лучший зельевар в ковене. Обладая интуицией и творческим подходом, она смешивает ингредиенты, которые мне и в голову бы не пришло соединить. Она орудует половником так же виртуозно, как я рашпилем по дереву, а Мерси — иголкой с ниткой.
Именно поэтому ковен скинулся, чтобы помочь ее родителям оплатить учебу в колледже. Кора учится на химика. Думаю, она надеется поступить в магистратуру, как Фиби и Берди. Я смотрю, как она пританцовывает по кухне, подпевая поп-музыке и добавляя новые ингредиенты в котелок с зельем.
Иногда мне становится грустно от того, с какой уверенностью она владеет своей магией. Я хотел этого и для Фиби. Я хотел видеть свою племянницу могущественной и раскрывающей свои таланты. Не то чтобы у нее их нет. Фиби незаурядна... для человека. Но в ее венах течет кровь Прескоттов. Ей суждено было стать выдающейся ведьмой.
— Ловите! — шипит рейф, и его голос разносится по всей кухне.
Кора вскрикивает и отскакивает от плиты, когда Дайн появляется в вихре теней. На пол с грохотом летит посуда, следом опрокидывается ваза с цветами, а на мой стол тяжело падает чьё-то тело. Тени Дайна рассеиваются, открывая Фрэнки. И выглядит она так, будто ее, блядь, живьем зажарили!
— Что случилось? — кричит Кора.
— Она ранена, — хрипит рейф. — Подлатайте ее.
— Где Берди? — реву я. Магия бурлит во мне неудержимым потоком ярости и паники.
— Она со мной. Спаси ведьму.
И с этими словами этот мудак исчезает.
Кора оббегает кухонный остров.
— Фрэнки, о боже мой!
В комнату проскальзывает Пиклз с обеспокоенным мяуканьем.
— Зови Горти! — рявкаю я.
Он без колебаний срывается с места и мчится к задней двери. Горти сейчас в огороде, ухаживает за брокколи и капустой.
Подавив тревогу за Берди, я сосредотачиваюсь на Фрэнки. Дайн сказал, что наш человек у него. Сейчас я нужен Фрэнки.
— Выглядит скверно, — говорит Кора сквозь слезы.
Я переключаюсь в режим Верховного жреца.
— С ней всё будет хорошо. — Я хватаю Кору за запястье, когда та пытается возиться с обгоревшим клочком рубашки Фрэнки. — Иди в спальню Горти и принеси старую медицинскую сумку ее отца. Живо.
Она опускает руки.
— Да, сэр.
Я тоже отхожу, собирая припасы, до которых могу дотянуться — чистые кухонные полотенца, бутылки с водой, ножницы. Быстро смачиваю полотенце в прохладной воде и накрываю самые сильные ожоги на шее Фрэнки.