С того самого дня он катком прошёлся по всем советам и комитетам острова. Получил одно за другим разрешения на вырубку деревьев, строительство подъездной дороги и возведение постоянных сооружений. Я перепробовал все законные способы, какие только знаю, чтобы остановить его или хотя бы замедлить. Потому что, чёрт возьми, не может всё это быть только из-за раскопок каких-то старых фермерских построек колониальной эпохи.
Нет, он что-то ищет. Я это чувствую.
И это чувство всё чаще не даёт мне спать по ночам.
Хоумвуд для меня священен. Именно там всё и началось — основание нашего острова. Любая ведьма в ковене может наизусть перечислить имена Священной Пятерки — тех, кто первыми искали мира и убежища на этой продуваемой всеми ветрами груде камней:
Чарити Эймс.
Матильда Блейк.
Элис Дент.
Сибил Гастингс.
Би-Гуд Прескотт.
Что он ищет, сестры? Какие тайны вы оставили после себя?
Как всегда, ответа нет.
Все думали, что Хоумвуд затерян в веках, поглощен лесом вскоре после того, как жители Калумета взялись за факелы и вилы и сожгли нашу Первую Пятерку дотла.
Но теперь Хоумвуд найден.
А за мной следят, наблюдают за каждым шагом.
На горизонте маячит темная тень, подбираясь все ближе к берегам острова Берр.
Не может быть, чтобы всё это оказалось совпадением.
Кто-то помогает Хоу ускорить процесс, кто-то не с острова. Кто-то влиятельный, способный дергать за ниточки в офисе губернатора. Иначе как бы он получил экстренное одобрение новых разрешений в воскресенье утром?
Уж не этот ли злонамеренный «кто-то» организовал за мной слежку?
Думаю, пора нанести Хоу небольшой визит. Вчерашнее предупреждение Берди всё не идет из головы. Никак не перестану представлять карту Смерти в ее руках. Прошлой ночью мне даже приснился Всадник-Скелет. В таро Смерть — символ новых начинаний. Король пал. Какой новый мир восстанет из пепла? Но действительно ли король уже пал? Или его падение только началось? Была ли эта карта предзнаменованием, знаком моей неминуемой гибели?
Ни за что.
Этот остров уже четыреста лет противостоит силам тёмной магии. Хвала Священной Пятерке, наши защитные чары по-прежнему крепки, почти непроницаемы. Кем бы ни был тот, кто следит за мной, я вырву его с корнем из этой земли и утоплю в море. Я Джаспер, мать его, Прескотт, и остров Берр мой.
— Джас? — зовет Чак по телефону. — Что мне с этим делать, дружище?
Блядь, я что, все еще на линии?
— Ты где? — рычу в трубку.
— В магазине, — отвечает он. — Сам знаешь, по воскресеньям у нас самый наплыв. Я еле вырвался, чтобы попасть на это собрание. Может, и не стоило. Без меня у них не было бы кворума. Мне правда жаль…