Её голос обрывает раскат грома.
С каждым новым часом боль становится всё сильнее. Поясницу уже не просто тянет, а ломает. Живот напрягается всё чаще, болезненнее, а боль стекает в промежность и обливает меня кипятком.
Тьма за окном сгущается, сквозь тонкие занавески я вижу росчерки молний, по подоконнику и балкону барабанят крупные капли дождя.
Боль больше не пронзает меня, как раньше, теперь она разрывает меня изнутри.
Страх за малыша накатывает волнами в короткие секунды передышки.
Я ловлю ртом раскалённый воздух, сжимаю в кулаках влажные простыни, а в голове бьётся всего одна мысль: мы справимся, малыш, я тебе обещаю. А потом…
Очередная судорога выкручивает моё тело и заставляет кричать.
— Госпожа… — две служанки своими телами прижимают меня к кровати, но им не хватает сил. Меня ломает, выгибает, бьёт от озноба.
Кровать ходит ходуном.
А следом я чувствую, как раскаляются ладони.
Нет, нет, нет! Только не выброс! Если магия вырвется из-под контроля, я спалю фамильный замок со всеми слугами, а мой малыш…
Закусываю губу и пытаюсь взять себя в руки. Но боги, как это сложно сделать, когда считаешь секунды до новой вспышки боли. А потом считаешь заново, пока тебя разрывает пополам от напряжения, страха, жажды покоя.
С оглушительным рокотом расколовшихся надвое небес, ночную мглу разрезает молния.
Служанки слетают с кровати и поскуливают от страха.
Очередная вспышка озаряет спальню.
Высокая фасетчатая дверь на балкон с грохот распахивается, а следом в комнату врывается ледяной, шквалистый ветер.
Я подставлю ему лицо и жадно вдыхаю запах свежести и надежды.
— Нужно закрыть дверь! — взвизгивает одна из служанок и бросается вперёд, вторая пытается усмирить рвущуюся из стороны в сторону штору.
— Не надо, — шепчу я. — Пусть… будет так…
Ледяной ветер хоть на несколько секунд освежает моё пылающее тело, я протягиваю к балкону стремительно краснеющие ладони.
Вижу, как сквозь ставшую полупрозрачной кожу текут потоки силы и огня.
Они собираются на кончиках пальцев и вот-вот сорвутся, разнесут здесь всё.
Я зажмуриваюсь, а когда распахиваю полные слёз глаза, вижу на фоне балконной двери мощный тёмный силуэт.
Вода ручьями стекает с его тяжёлого военного плаща, заливает пол и ковёр. Чёрные длинные волосы прилипли к лицу, а на скулах всё ещё выступают чешуйки.
Эрик!
Но как?
Слуги ослушались меня? Неужели они послали ему послание? И что? Великий и ужасный генерал ван Дерден, бросив всё, полетел сквозь шторм на пределе человеческих и драконьих сил ради меня?
Бред!
Мои размышления прерывает очередная вспышка боли. На этот раз она так быстро не отпускает меня.