Артём посмотрел на него с лёгким прищуром.
— Законно?
— На грани.
— Мне нужен не сериал про месть, а результат, который не развалится в суде.
— Понял.
— Тогда действуйте умно, — отрезал Савин.
Я вдруг поймала себя на том, что слежу за ними обоими, как за людьми из двух разных миров. Один — юрист, которого я почти не знала, но уже чувствовала в нём опору. Второй — мужчина, которого знала слишком хорошо и больше не имела права считать опорой, но который всё равно стоял здесь и, кажется, впервые в жизни был готов ломать собственный удобный мир не только словами.
Только вот моей душе от этого было не легче.
Пока Артём диктовал мне формулировки ответов, дверь студии снова открылась. На этот раз вошли двое мужчин в куртках с удостоверениями.
— Проверка пожарной безопасности, — сухо сказал один.
— Видеофиксация ведётся, — мгновенно произнёс Артём и шагнул вперёд. — Все действия, вопросы и основания проверки — только в моём присутствии. Представьтесь.
Тот явно не ожидал встретить здесь адвоката.
Я включила камеру телефона.
И тут началось самое интересное.
Оказалось, что один из инспекторов не может толком объяснить, по какому именно обращению они пришли и в чём состоит срочность внеплановой проверки. Второй путался в датах. Артём задавал вопросы ровным тоном, не повышая голос, но так, что мужчины всё заметнее нервничали. В какой-то момент один из них уже прямо попросил «не усложнять», и вот тут Савин улыбнулся той ледяной улыбкой, после которой даже мне стало не по себе.
— Это не я усложняю. Это вы пришли без надлежащего оформления и решили, что беременную женщину можно на испуг взять быстрее, чем бумагу донести.
У инспектора дёрнулась щека.
— Не надо таких формулировок.
— Тогда будьте профессиональнее.
Через двадцать минут они ушли, не найдя ничего серьёзнее неправильно расположенного удлинителя.
Я выдохнула впервые за всё время.
— Это только начало, — сказал Артём.
— Я понимаю.
— Хорошо. Тогда привыкните: сейчас они будут прощупывать не только бизнес, но и вас лично.
Он собрал бумаги в стопку, потом вдруг посмотрел на меня внимательнее.
— Вам нужно поесть.
— Не хочу.
— Это не аргумент.
— Меня тошнит от одного слова «еда».
— Тогда сухари, вода, чай. Что-нибудь. Вы не имеете права падать в обморок посреди процесса.
Максим сразу подхватил:
— Я съезжу.
— Сиди, — отрезала я.
Он замолчал.
Артём перевёл взгляд с него на меня. Кажется, всё понял. Слишком быстро.
— Личные разборки потом, — сухо бросил он. — Сейчас ваша главная функция — доносить плод и не дать себя раскатать. Всё остальное — вторично.
Плод.