Мужчина принюхался. Сначала он должен понять, в какую сторону идти. Ему нужно было найти одно-единственное окно. Как только он получит желаемое, он уйдет с миром. Может быть.
Он долго стоял в одной позе, долго и смачно втягивая в себя воздух. Не было даже ни единой подсказки, в какой стороне искать. Что ж. Ночь длинная, а времени у него много. Он обязательно найдет то, в чем нуждается.
Развязной походкой он прохаживался вдоль стены, все так же принюхиваясь, – несколько шагов в одну сторону, несколько в другую. Ничего. Потом прошел чуть дальше. А затем почувствовал едва заметное изменение в воздухе; слабый ветер принес ему сладковатый и одновременно соленый, немного отдающий морем, запах. Он пошел на него.
Так мужчина оказался около участка стены, увитой плющом. Здесь аромат стал ощущаться куда более явственно. Нет, даже не так: запах играл всеми своими оттенками, его можно было почти почувствовать на вкус. Если бы он был драгоценным камнем, он бы переливался в лучах солнца.
Нашел! Да, нашел! От радости мужчина даже что-то выкрикнул вслух – кажется, помянул чью-то мать. И тут же прикрыл рот ладонью. «Болван, тебя же услышат!» Но замок, к счастью, по-прежнему спал, хотя в некоторых окнах и дребезжал слабый свет свечей. Где-то там внутри некая девушка закричала что-то про книгу и заклинания, как будто отчаянно страдала, но мужчине это было безразлично. Если бы его услышали, тогда хоть кто-нибудь да выглянул бы.
Запах, дурманящий и сводящий с ума, шел из окна, под которым стоял мужчина. Он дышал во все легкие – казалось, они вот-вот лопнут. Это было приятно – как поглощать вкуснейшую тягучую карамель, стоя на берегу, у самых морских волн, целующих ступни.
Он припал всем своим мускулистым телом к стене, напряг мышцы. Пальцы от приятного ощущения ухватились за плющ так крепко, что побелели костяшки. Мужчина снова сделал несколько глубоких вдохов. Он попытался вскарабкаться наверх, чтобы быть ближе к источнику аромата, но у него ничего не получилось – окно было для этого слишком высоко. Неудачей закончилась и вторая попытка.
Но по его щекам текли слезы счастья. Он зажмурился. Дыхание стало прерывистым. Он начал всхлипывать. По ногам потекла теплая жидкость.
Такие мгновения стоили того, чтобы жить.
***
Мужчина чуял запах приближающейся смерти.
В комнате, под окном которой он стоял, лежала Королева. Она по-прежнему не приходила в себя; грудь ее тяжело вздымалась. Бледная, с ввалившимися щеками, она была похожа на фарфоровую куклу. Перед каждым визитом Короля фрейлины подкрашивали ей губы и румянили щеки, чтобы правитель не так расстраивался, глядя на нее. Он еще верил, что она поправится. А в шкафу, на одной из полок, Королеву уже ждало белое погребальное платье, заботливо приготовленное служанками.