— Что тебе вообще известно обо всём этом, Вис? — Он продолжает
смотреть вниз, за край. — Ты знаешь это? Точнее, знал тогда?
— Не много. — Наконец он оборачивается ко мне. — Почти ничего. — Он
молчит, лишь прищуривается. — Ну, я знал, что существует место под
названием Обитеум.
Каэрор смотрит на меня в упор, затем тихо смеётся — недоверчиво. —
Тогдаво имя могил богов , зачем ты пошёл в Лабиринт? Полагаю,
не ради забавы. И не по ошибке. — Он делает паузу. Задумывается. — Хотя
это была быневероятная история.
— Я пытался выяснить, что с тобой случилось, если уж на то пошло. —
Он снова наклоняется и смотрит вниз, а я беспокойно переминаюсь, не
сводя взгляда с его затылка. Это только кажется, или надпись на
обсидиане там слабо светится зеленоватым светом?
Резкое движение отрывает меня от наблюдения: прямо у треугольного
входа появляется круг полированного чёрного камня диаметром около метра
двадцати, со щелчком выравниваясь вровень с нашим проходом. Он испещрён
теми же глифами, напоминающими нирипкийские, — крупнее, но столь же
загадочными для меня. Платформа испускает едва слышный ритмичный гул,
паря в воздухе.
Каэрор смотрит на неё и затем, по всей видимости удовлетворившись,
учтиво указывает на парящий диск жестом. Словно вежливо предлагает мне
пройти первым в дверь.
Я смотрю на сверкающий тонкий круг, балансирующий в трёхстах метрах
над землёй, и снова перевожу взгляд на него. — Нет, спасибо.
— Это безопасно.
Я скалюсь в знак сопротивления, но он поднимает бровь и указывает
жестом, пока я не уступаю с хмурой гримасой, нехотя перебираясь на
новое, совсем крохотное продолжение карниза. — Это не платформа на
основе Воли. — Глаза Каэрора остаются спокойными и чисто-карими, пока он
наблюдает за мной.
— Не совсем так, как ты это понимаешь. — Он прикасается к
треугольнику на шее. — Осталось от войны с Конкурренцией. Это
действительно безопасно. И, чтобы повторить: у нас нетак уж
много времени, — добавляет он, и в его голосе звучит чуть заметное
беспокойство.
Вэк .
Я приседаю. Поверхность платформы, кажется, слегка дрожит под моим
взглядом. Земля внизу — тревожно, головокружительно далеко.
Вэк, вэк, вэк .
Я уже доверился брату Ульцискора до этого момента — значит, можно
продолжать.
Я кладу руку на наклонный проём, чтобы удержать равновесие, затем
осторожно ставлю одну ногу на круг и оглядываюсь, всё ещё надеясь, что
неправильно понял. Каэрор просто бодро кивает мне. Я собираюсь с духом и
постепенно переношу вес вперёд — до тех пор, пока не становится ясно:
обсидиан не собирается уходить из-под ног.
С замиранием сердца я встаю на платформу.