Превозмогая боль, она вцепилась в отвесный склон, пока не смогла подтянуться и перебросить торс на твердую землю. Какое-то время она висела так, согнувшись в пояснице, а бедра и ноги болтались над зияющей внизу пропастью. Сухожилия на спине болезненно натянулись, когда она попыталась вытащить себя целиком, но земля под вспотевшими ладонями скользила.
Повернув голову, она встретилась взглядом с Кит, сидевшей на корточках по другую сторону разлома. Ужас плескался в ее сине-зеленых глазах; поднявшись, Кит лихорадочно крутила головой в поисках места, откуда можно перебраться. Откуда можно добраться до Элирии.
Все без толку. Кит была слишком далеко.
А Элирия соскальзывала.
Она бесполезно взмахнула крыльями — давящая тяжесть по-прежнему сковывала ее, не позволяя взлететь. Она воззвала к своей дикой магии, приказывая земле под собой сдвинуться, затвердеть, вытолкнуть ее обратно на твердую почву.
Но сцепления не было: она продолжала сползать, сбивая пальцы в кровь и впиваясь ногтями в грунт.
Значит, вот как она умрет. Призрак, поглощенная тьмой в самом буквальном смысле. Элирии хотелось расхохотаться над поэтичностью момента.
Она запрокинула голову; проклятие в адрес небожителей за это место и за существование всех адских Испытаний готово было слететь с губ. Что-то блеснуло на самом краю зрения, и ее взгляд метнулся к источнику — золоченая рукоять кинжала Леоны, вонзенного в стену в шести дюймах правее и на фут выше нее.
Надежда вспыхнула в груди, когда Элирия потянулась к рукояти.
Но с последним гулом пещеры надежда погасла. Раздирающий уши женский крик заполнил пространство как раз в тот миг, когда окровавленные пальцы Элирии задели эфес. Она потеряла то зыбкое равновесие, которое успела нащупать, и соскользнула еще ниже. Элирия снова вцепилась руками в выступ, сердце ухнуло в желудок.
— Кит! — крикнула она; страх пропитал каждую клеточку ее тела. Она не могла даже повернуть голову, чтобы проверить, как там подруга.
— Я в порядке! — отозвалась Кит, и облегчение хлынуло по венам Элирии с такой скоростью, что она едва не расплакалась. Но если кричала не Кит, тогда…
Леона закричала снова; сначала звук был острым — панический визг, который начал затихать по мере падения. Следом раздался исполненный муки вопль Белиена, и Элирия поняла: Леона разбилась.
Ей хотелось бы заставить себя проявить хоть какую-то жалость.
Топот сапог сотряс землю, вибрация едва не выбила пальцы Элирии с выступа. Лунные волосы Кит вынырнули в поле зрения Элирии пару секунд спустя; все тот же ужас отпечатывался на ее юном лице, когда она обхватила запястья Элирии.