Щеки Элирии вспыхнули. Ей не хотелось знать, видел ли он то, что едва не произошло с ней и Седриком в лунном свете, или те многочисленные моменты, что они разделили с тех пор. Слова звучали неловко на языке, когда она выговорила:
— Я понятия не имела. Я думала, ты погиб.
Эвандер положил свою большую ладонь поверх ее руки на столе, и она замерла.
— Жаль. Я надеялся, ты знаешь: ничто в этом мире или следующем не смогло бы удержать меня от тебя навечно.
Несколько ударов сердца тишина висела над столом. Сердце Элирии внезапно забилось слишком быстро. Она уставилась на их руки: ладонь Эвандера тяжело покоилась поверх ее собственной. Его взгляд метнулся к ее плечам — словно он искал крылья, которые она даже не подумала высвободить. Она не могла. Не тогда, когда знакомое и чужое в нем воевали в ее сердце.
Ей хотелось сжать его руку и укрыть в своей навечно. Ей хотелось смахнуть ее. Ее тело решило дилемму тем, что напряглось настолько сильно, что ей показалось — на этот раз вспыхнет она сама. Она не понимала, как осознать его присутствие — его возвращение — вдобавок ко всему остальному.
Рука Седрика задела руку Элирии, и это напоминание о нем успокоило ее, приземлило. Ее тени зашевелились, зов в груди чуть натянулся, пока она отмечала, как взгляд Седрика метался с нее на Эвандера и на их переплетенные руки на столе.
— И что теперь? — наконец спросил Трайгг, прерывая ее круговорот мыслей. — Куда мы пойдем дальше?
Эвандер склонил голову:
— Что ты имеешь в виду?
— Он имеет в виду, что мы не знаем, что делать дальше, — Кит качнула головой. — Арбитр не давал никаких указаний с самого начала прошлого испытания. Мы понятия не имеем, что подразумевает Испытание Согласия.
Эвандер сделал паузу:
— Понятно, — просто сказал он, хотя в его голосе прозвучало нечто, от чего у Элирии пробежали мурашки.
— Но не волнуйся, брат! — Кит вскочила на ноги. — Мы здесь. Мы вместе, и мы не остановимся, пока не выберемся отсюда все до единого. К черту корону! Если Варит Мальхиор смог сбежать отсюда, не завоевав ее, то и мы сможем! Я и шла-то сюда вовсе не ради нее.
Эвандер задумчиво хмыкнул, после чего отпустил руку Элирии. Он отодвинул стул и поднялся, небрежно закинув руки за шею.
Самообладание вернулось к Элирии в ту же секунду, когда касание оборвалось. Она пошевелила пальцами, подтягивая руку обратно к груди — инстинктивный жест отступления. Что ж, возможно, это не вся правда. Если бы она следовала инстинктам, если бы слушала зов своих теней, она бы схватила за руку Седрика.
Эвандер плотно сжал губы, наблюдая за ней. Словно знал.