Неполная.
Осколок.
— Что это такое? — прошептала Элирия, поднимая испачканный в крови палец, словно собираясь взять ее. Но не взяла. Рука бессильно опустилась вдоль тела. Сама мысль о прикосновении к этой полукороне делала происходящее слишком реальным.
А она все еще надеялась, что это не так.
— И ради этого все было? — Ее голос звучал сипло, пусто. Аурелия должна была слышать. — Вы тащите нас сквозь свои испытания, смотрите, как мы падаем, ломаемся, истекаем кровью… и ради чего? Чтобы вручить сломанную корону? Чтобы мы завоевали половину от обещанного?
— Мне жаль, — голос небожительницы раздался за спиной — хор шепотов на призрачном ветру.
Голова Элирии резко повернулась к источнику звука, горький смех обжег горло:
— Вам жаль?
Капюшон Аурелии был спущен, ее испещренные северным сиянием волосы переливались в звездном свете. Галактики в ее глазах закружились с чувством, похожим на скорбь, когда она проходила мимо тела Седрика. Ярость вспыхнула в груди Элирии.
— Не смейте говорить мне, что вам жаль! — выплюнула она. — Да вы даже не смотрите на него!
— Я не испытываю радости от того, что произошло здесь сегодня, Элирия Лайтбрейкер, — произнесла небожительница, хотя даже за этими словами Элирия уловила какую-то легкость в ее голосе. Облегчение, которого не было прежде.
— Ваше Испытание окончено, — Элирия сузила глаза. — Ваш бесполезный приз завоеван. Разве вы не свободны? Ваша кара отменена? Ваш дух освобожден? Так давайте покончим с этим. Скажите мне, как выбраться отсюда, как вернуться к Кит и остальным, и как нам всем покинуть это место. Можете даже оставить свою расколотую корону себе. Она мне не нужна.
Ответный вздох Аурелии прозвучал симфонией эмоций — тоской, решимостью и, как ни странно, раздражением. Но она не заговорила, и ее отказ отвечать заставил внутреннюю тьму Элирии встать на дыбы. С нее хватит. Хватит Испытаний и игр небожителей. Хватит двусмысленных недоговорок и полуправды.
— Выкладывайте, — нажила она. — Дайте мне ваше финальное указание, и можете уходить. Я хочу, чтобы вы ушли.
— Пока Единственная Истинная Корона не будет завоевана, я остаюсь прикована к этому месту, — произнесла Аурелия.
— Ладно, я забираю ее! Довольны? — Элирия взмахнула рукой, хватая полукорону. В ту же секунду, как ее пальцы сомкнулись вокруг одного из острых шпилей, кровь запылала, а нервы зажгло огнем.
Она ахнула, роняя её обратно на подушку.
— Как? — прошипела она. — Что это…
Элирия прижала руку к груди, пальцы покалывало. Опустив взгляд, она увидела, что руки больше не покрыты красным. Как и она сама. Штаны, блуза, жилет, прежде темные и липкие от крови, стали абсолютно чистыми. Словно само прикосновение к короне выжгло все следы жертвы Седрика.