— Ваш отец настоящий ублюдок… — пробормотал Седрик и тут же осекся. — Извините, милорд! Я не хотел…
Лорд Черч тихо засмеялся:
— Полно тебе, мой мальчик. За столько лет вместе я надеялся, что заслужил твои честные мысли.
Седрик почувствовал, как к щекам прилила кровь. Лорд давненько не обращался к нему так тепло.
— Спасибо, милорд. И… эти сказки облегчили переправу или сделали только хуже?
— Честно — не знаю. Но они сделали ее интереснее. Я пытался задерживать дыхание от первого до последнего шага по мосту.
Седрик изумленно вытаращился:
— Но это же…
— Невозможно? Именно, — хохотнул лорд. — Зато неплохо отвлекает. Вспомни об этом на обратном пути.
Седрик улыбнулся, но улыбка получилась натянутой.
— У тебя будет обратный путь, — твердо заверил лорд Черч. — Ты упорно тренировался. Ты готов. Я не сомневаюсь, что ты утрешь нос любому арканийцу, который встанет у тебя на пути.
Тяжесть, давящая на плечи Седрика, ослабла. Уверенность лорда заражала.
— Благодарю вас, милорд, — тихо ответил он.
Выражение лица Черча стало мягче:
— У тебя доброе и сильное сердце, Седрик. Сильнее, чем ты думаешь. Ты справишься. Я всем существом верю, что ты единственный, кому это под силу.
Повозка скрипела и раскачивалась, приближаясь к Затерянному городу. Пейзаж менялся: редкие деревья уступили место пологим холмам и заброшенным руинам поселений, сметенных катаклизмом, когда Разломы разрывали континент. Сияние в небе наливалось красками по мере того, как солнце клонилось к закату.
— Вон они! — окликнул Тибо, указывая вперед.
Седрик проследил за его рукой: цепочка мерцающих костров вела к укутанным плющом стенам Люминарии. Разрушенные шпили замка Люмин пронзали туман, возвышаясь над руинами.
Лорд Черч судорожно перевел дыхание.
На подступах к городу расположились два отдельных лагеря. Тибо направил лошадь к правому, но внимание Седрика привлекло кое-что другое. По спине пробежал холодок — магия.
Призрачный ветер донес из левого арканийского лагеря — голоса, которые на таком расстоянии не должны были быть слышны. Слов не разобрать, но эмоции читались безошибочно: ярость, боль, обида. Седрик прищурился, различая остроконечные уши и светящиеся крылья двух фейри. Одна из них ударила водяной плетью, отбросив соперницу.
Седрик ухмыльнулся, когда та шлепнулась о землю.
— Они хоть одну ночь могут не размахивать своей магией? — проворчал Тибо.
— Дикари, — согласился Седрик, хотя мысленно задался вопросом: что они не поделили? И тут же споткнулся о другую мысль: — Погоди, а как они вообще дерутся?
— Не мне постигать тонкости магии Испытания, — скучающим тоном отозвался лорд Черч. — Но смею предположить, в их действиях нет злого умысла. Насилие запрещено, но, похоже, перед нами обычная… семейная ссора.