Пока силы фэйри собирались на дальней стороне цитадели, берсерки заняли позицию. Все были слишком хорошо обучены, чтобы совершить оплошность, но она чувствовала, как всё их внимание приковано к королю, раненому и прикованному, словно больной пес.
Оберон вышел вперед. Со спины единорога Равенна заметила странную тень, притаившуюся сбоку от помоста. Тень перекатилась дымом через возвышение и наконец обрела форму, коснувшись света.
Переливчатые крылья цвета звездной ночи ловили солнце ярче, чем витражи за спиной. Словно выходя из облака, Амаранта плавно двинулась вперед; шелка бледно-голубого платья струились вокруг ее гибких конечностей. Белые волосы, усыпанные кристаллами, и тонкие бриллиантовые цепочки, свисающие между пальцами, на руках и шее — она выглядела в точности как прекрасные и милосердные королевы фэйри из легенд.
Но, как и в ее городе, в ее дворце — здесь царил тлен.
Сложив руки перед собой, Амаранта произнесла:
— Добро пожаловать в Фаллориан. Мне приятно видеть такую преданность вашему королю.
Когда Амаранта начала спускаться по ступеням помоста, Равенна соскочила на землю. Оказавшись на мраморном полу, она на мгновение замерла, чтобы перевести дух.
—Спокойно, Вороненок. Я с тобой.
Равенна похлопала старого друга, прежде чем повернуться к Королеве Фэйри. Она сделала несколько шагов вперед, отделяясь от группы. Солдаты фэйри плавно расступились, пропуская Амаранту, и снова сомкнули строй, когда та заняла центр зала. Равенна сделала еще несколько нерешительных шагов, не доходя до нее вплотную, но достаточно, чтобы показать: она пришла и выполнила их сделку.
Темные глаза Амаранты блеснули, она улыбнулась:
— Так вот кто причинил мне столько хлопот.
Равенна молча смотрела на ту, кто убил ее родителей. Она уже успела побыть глупой — теперь она не станет рисковать Валлеком ради колких замечаний. Неважно, победит ли она Амаранту словом; важна была только сталь.
Королева Фэйри начала медленно обходить Равенну кругами, не торопясь изучая ее.
— Ты одновременно и больше, и меньше того, что я ожидала, — задумчиво произнесла она. Она подняла прядь волос Равенны и потерла ее между пальцами. — В тебе действительно есть черты родни-фэйри, это правда, но от тебя разит человеком.
Равенна промолчала, позволяя яростному взгляду говорить за себя. Амаранта была хищником, который любил играть с добычей, и это было на руку. Равенне нужно было дать людям Аллариона время рассредоточиться по цитадели и перекрыть вход.
Снова встав перед ней, Амаранта удовлетворенно изогнула красные губы: