— Даш, — я поспешила сменить тему, — как тебе урок танцев?
— Ой, — она вздохнула, и глаза засияли синими сапфирами. — Это так сложно! Ноги путаются, я всё время сбиваюсь, но мне жутко понравилось! Ольга Георгиевна, а вы будете танцевать вместе со мной? Не только сегодня, но и на других занятиях?
— Будем, — улыбнулась я, — если его превосходительство даст добро.
— Папенька даст, он хороший, — улыбнулась Даша и, не удержавшись, зевнула, прикрывая рот ладошкой. — Глаза слипаются.
Я с удовлетворением отметила, что план «вымотай девочку» работал, несмотря на вечерние события.
— Дашенька, — обратилась к ней, понимая, что для сна ещё рано, — а хочешь мы придумаем ещё одно дело? Весьма полезное.
Она тут же заинтересованно подалась вперёд, упираясь ладонями в колени:
— Какое?
— Ты начнёшь каждый вечер записывать то, что случилось с тобой за день. Что делала, что думала, что чувствовала. Можешь писать личное и никому не показывать. А можешь писать что-то общее, что мы вместе будем читать и обсуждать.
— А зачем? — удивилась Даша. — Я и так всё помню. Вы появились у нас в… — она забавно закатила глаза, вспоминая день недели, — в четверг! А первый раз мы повстречались в… во вторник!
— Умница, — похвалила её и постаралась объяснить как можно доходчивее. — Но когда ты записываешь мысли, то они становятся понятнее. Перестают путаться и начинают складываться по полочкам. И потом, если ты будешь вести дневник, то научишься лучше себя понимать, а когда понимаешь себя — легче справляться с тревогами и страхами.
«А ещё, — добавила про себя, — это помогает структурировать мысли и избавляться от хаоса в голове. Как тебе сейчас, как мне сегодня.»
— А можно я буду писать не только про себя? — спросила Даша. — Про папеньку, например? Или про Марью Фёдоровну?
— Конечно можно, — отставив в сторону грязную посуду, я подошла к ней и погладила по голове. — Пиши про кого хочешь, главное — про то, что ты чувствуешь.
Девочка хитро прищурилась и, покосившись на дверь, шёпотом спросила:
— А вы будете проверять?
— Если ты захочешь показать — проверю. А если не захочешь — значит никто не прочитает без твоего разрешения.
Даша важно кивнула, соскользнула с кровати и убежала к себе, прихватив со стола чистый лист бумаги и огрызок карандаша.
Поздним вечером, уложив её в кровать, я вернулась к себе и достала старое, почти износившееся платье — то самое, в котором я приехала в дом Строганова. Стараясь действовать как можно тише, отпорола от подола широкую полоску ткани, сложила её вдвое и намочила в тазу с холодной водой.