Он что, специально ищет повод поругаться? Ему мало было Львова, так он теперь на мне желает отыграться?
Держись, Оля. Не поддавайся.
Он просто до сих пор не может найти колодника, вот и пытается выпустить пар на тех, кто попал ему под руку.
Навесив на лицо вежливую улыбку, которая была такой же «искренней» как оскал Львова, я попыталась терпеливо растолковать простые истины:
— Потому что если мы продолжим, Дмитрий Александрович, то я скажу что-то, что вам крайне не понравится, и вы перейдёте черту. Затем я, не стерпев, перейду черту, и вы заявите, что таким нахальным, дерзким и невоспитанным особам не место подле Даши. Дадите мне расчёт, и в результате пострадает невинный ребёнок.
Чего я не ожидала, так это того, что в тёмных глазах Строганова вспыхнет нешуточный азарт, а губы предательски задрожат, сдерживая довольную улыбку.
— Это даже интересно. Выговоритесь, Ольга Георгиевна. Обещаю, вам ничего за это не будет.
Точно?
Или блефует?
Ладно.
Сам напросился.
Я посмотрела ему прямо в глаза и у меня внутри будто плотину прорвало:
— Не знаю, что вы себе напридумывали, Дмитрий Александрович, но я берегу и ценю свою репутацию, несмотря на усилия отдельных личностей. Мне, знаете ли, тоже не понравилось поведение Михаила Васильевича, но я не слабая девушка, которая не способна дать нахалу отпор. Да, меня застали врасплох, но зайди вы на секунду позже, то увидели бы совершенно другую картину и вообще! Определитесь уже — я для вас наивная душа, которая не способна распознать соблазны, или излишне самоуверенная особа?
Словесный поток закончился. Воздуха в лёгких почти не осталось, как с губ само соскочило:
— И вообще, он не в моём вкусе!
Строганов молча поднялся из-за стола и подался вперёд, опираясь ладонями на столешницу. Медленно, хищно ухмыльнулся и вкрадчиво спросил:
— Тогда кто же в вашем вкусе, Ольга Георгиевна?
Глава 57
Несмотря на то, что нас разделял его рабочий стол, Дмитрий Александрович был слишком близко. Так близко, что я чувствовала, как его горячее дыхание касается макушки, а в глазах пляшут опасные огоньки.
Именно сейчас он был не нанимателем. Нет, не просто хозяин дома, его превосходительство, а чертовски привлекательный мужчина.
И он явно меня провоцировал. Знал, что делает, и давал отчёт каждому своему слову. А моё тело, предательски откликаясь, было готово выбросить белый флаг.
Сдаться ему на милость, признавая поражение.
«Ну уж нет, — приказала я себе, жалея, что не могу похлопать себя по щекам, чтобы прийти в чувство. Он не дурак — понял бы, для чего я это делаю. — Я не позволю своими руками разрушить собственную жизнь.»