— Злыдень ты! Ехал дедушка, никого не трогал, так на тебе, верховный, обушком по темечку! Зачем про то вспомнил? Тьфу на тебя!
Сивый подмигнул мальчишке, что настороженно наблюдал за дядьками из повозки, водил живые глаза с одного на другого, пытался угадать, о чём говорят. Вроде старый на молодого сердит, ругает. А вроде и не сильно ругает, так, для порядка, вон почти смеётся.
— Ну, допустим, штормило в тот день округу, колотило, чисто баба половик о порожек выбивает, — верховный даже не столько с Безродом говорил, сколько про себя рассуждал. — Это сколько же молоди под злую раздачу могло попасть? Им и так лет в двенадцать бошки сносит, а тут ещё такая напасть.
— Проходит лет пять… — подбросил в огонь дров Сивый.
—… Самые восприимчивые и незащищённые от этой отравы вырастают в злобных тварей и носятся по Боянщине, ровно угорелые, режут старых ворожцов, да летописи подменяют. И ведь какая-то сука подобрала сорвиголов, натаскала да обучила! И было это совсем недавно! Уж я бы с наставничком этой дружины потолковал! — старик погрозил кому-то кулачищем размером с пол-лошадиной головы. — Малец, может быть, мамке назло всю репу в огороде вытоптал, раскрыл в сердцах душу, а тут ему полное нутро дряни и залили. Малое зло в мир выбросил, а большое зло внутрь пробралось. Ровно, пёс, по запаху нашло. И всё, кукуй.
— Ровно тень чья-то сбоку мелькает, — хмыкнул Безрод. — Самого не видать — лишь следы.
— Душегубов и так выше темени, — поддакнул старик и рукой полоснул над головой. — Кто-то даже на глаза показывается. Уж на что Чарзар хитёр и опаслив, а и про того сведали. А эта тварь тишком да молчком…
Какое-то время ехали молча.
— Об одном думаю, — верховный нарушил гнетущее молчание. — Не только твой дядька сегодняшнюю бражку пять лет назад ставил. Батюшка тоже весьма не прост. Уж не глупее братца. Интересно, что ты с его подачи посеял годы назад, а взойти должно завтра? Наверняка подходит время жать. Узнаем когда-нибудь?
Сивый молча пожал плечами. Что? Выкосил преследователей-оттниров на Скалистом, добрался до Большой Земли, пережил войну? Выгнал Тёмного из Отвады? Свёл князя с Зарянкой? А может быть где-то походя посадил дерево, которое выворотит во время какой-нибудь бури и обрушит прямиком на голову паскуде, которая ловит рыбку в этой мутной воде? Как поймёшь?
— Уводить нужно князя из города, — бросил Безрод наконец.
— Не пойдёт, — старик угрюмо помотал седой головой.
— Зарянку и детей уж как пить дать.
Стюжень, тяжело вздохнув, кивнул.
— Тут ты прав. Спрятать так, чтобы ни одна падаль и следочка не взяла.