Где-то снаружи нарастал дробный лошадиный топот, и с улицы в ворота влетели первые верховые. Стюжень, качая головой, ожесточённо сплюнул. Верховые первые, да только дружина уже третья за это утро. Смешно. Первая и третья — дружины, как дружины, а вторая — аж из двух человек, седой да сивый. Перегуж и сотня Гремляша вернулись. Верховка старого воеводы сера от пыли, голова тканиной замотана, тряпица кровью пропитана, глаз чёрный, заплывший.
— Еслибыдакабыть твою в растудыть, — устало пробормотал верховный и прикрыл глаза, а теремная обслуга по дуге обходила старика, вытянувшего длиннющие ноги. Вот на эти самые, якобы слабы ноги, вот только что он прямо с коня…
* * *
Солнце играло с глазами, брызгалось огнём с двух ладошек, Стюжень даже прикрикнуть было хотел, чисто на сорванца, да придержал ворчбу. Не стоит на светило жаловаться. Верховный брёл к Урачу, еле двигая ногами. День провести в седле, а потом без жалости к самому себе спешиться, как в молодости: лихо, едва не со свистом, да чтобы колени гудом загудели — это тебе не чарку выпить. Хорошо хоть выспался.
— Да и ладно, — старик ожесточённо сплюнул, — теперь не жить что ли? Всех правил всё равно не выполнить. Держать важную морду тоже надоедает, а по молодости я кое-кого из теперешних по глупостям уделывал на раз-два.
Толкнул калитку, прошёл во двор, поднялся на крыльцо.
— Эй, хозяин? Дома или помер?
— Помер, — прилетело изнутри.
— А чего без спросу? — верховный пригнулся, вошёл, — Ничего, в небесной дружине Ратника встретимся, я тебе за самовольство бородёнку-то повыдёргиваю. Сивый, босяк, чего молчишь? Деды мало бороды один другому не дерут, а ты молчишь. Ну давай, покажи язык, наточил небось.
— Нет его, — Урач с вопросом кивнул на стол. — Молоко только-толькошнее. Будешь?
Нет его? Это как так нет? А куда делся? Счёт или два верховный шарил по дому цепким взглядом, даже в полотняную отгородку потыкался, ровно остриём копьеца пошуровал. Выглянул на хозяина с непониманием и даже обидой, будто от кого угодно ожидал подвоха, только не от старого друга. Такие дела кругом творятся, а тут: «Нет его!»
— Где он? — Стюжень тяжело прошёл к лавке, встал рядом, будто нюхом чуял — понадобится присесть.
— Вести дурные получил. Восвояси сдёрнул.
— На Скалистый?
Урач мрачно мотнул головой.
— В Большую Ржаную. Вестовой оттуда пришёл. Тебя искал. Видать, подсказали искать Безрода через верховного ворожца. Тебя не нашли, гонца ко мне и привели.
— А там что? — верховный устало сел. Предчувствие бед разболтало колени, а там и без того со вчерашнего вечера не слава богам.