Как все вокруг меня так хорошо умели лгать, кроме меня? Квилл, Энтони... теперь и Джозеф?
— Вот вы где. Мне нужно срочно поговорить с тобой. — Моника ждала его у обочины дорожки, и Энтони подошёл к ней. Она кивнула мне с улыбкой. — Давиан.
Я кивнул в ответ, автоматически улыбнувшись, что было заслугой Моники, а не моего настроения, потому что оно грозило стать жертвой всего моего внутреннего смятения.
Тони дал мне последний настойчивый взгляд, затем они оба исчезли, увлечённые очередным горячим разговором.
Я задержался на лужайке, пока смотритель не посмотрел на меня так, будто планировал моё убийство, заставив меня вернуться на тротуар, погружённого в раздумья.
Мало того, что мой наставник, который, как я думал, будет прозрачен со мной, изменил жене, у него была ещё и другая дочь.
Может ли быть, что все эти судебные дела были делами об опеке? Но тогда почему он лишился лицензии на юридическую практику?
Что-то не сходилось. Что-то, о чём я должен был поговорить с ним, как только представится возможность.
Borgov II
Carlos Rafael Rivera
— Я уничтожу тебя, Джозеф, — процедил Трой, и я был благодарен, что большой стол в профессорской стоял между ними. — Отец ещё не сделал это официально, но я знаю, когда у него что-то работает в голове. И о, — его взгляд был похож на взгляд безумца, желающего превратить мир в руины и пепел. — Как это сейчас работает в его голове.
Я не знал, что было более невыносимым. Пустые угрозы Троя, превратившие лицо Джозефа в поле битвы, или наполовину пустой бокал виски в руках моего наставника, который он сжимал так крепко, что я боялся, что он вот-вот разобьётся.
— О чём ты говоришь, мальчик?! — прорычал Джозеф, ставя бокал на стол, не без того, чтобы пролить часть содержимого.
Я хотел выбросить его в окно, хотел противостоять ему. Перед этим я хотел выбросить Троя в то же окно и надеяться, что он приземлится в инвалидное кресло, чтобы все его любимые студенты могли рисовать его нелепые отметки на его гипсе.
— Не называй меня...
Таддеус отчётливо прочистил горло.
— Как насчёт того, чтобы успокоиться...
— Ты не разрушишь мою работу только потому, что считаешь, что имеешь на что-то право, — выпалил Джозеф, опираясь руками на стол.
Все проигнорировали Таддеуса, который более или менее равнодушно сжал губы и сделал большой глоток виски, прежде чем отвернуться и направиться к окну.
— Твой отец не просто так выбрал меня своим преемником!
Джозеф был в ярости. Это случалось редко, так как он обычно был воплощением спокойного наблюдения.
— Ошибка, о которой он уже жалеет! — прогремел в ответ Трой.