Затем наши глаза встретились.
Она, казалось, ничуть не удивилась, увидев меня здесь, улыбнулась и кивнула мне, будто мы были случайными знакомыми, но я был не в силах ответить на жест.
— Профессор Райделл.
Я сглотнул, на грани того, чтобы встать и подойти к ней, осторожно положить пальцы на её шею, спросить, что случилось, что она здесь делает...
Профессор Райделл.
Всё в моей голове кружилось, будто моя система с трудом собирала всю информацию в связный пазл.
Отец.
Я снова посмотрел на Джозефа.
Он был так сосредоточен на ней, что что-то внутри меня хотело, чтобы он убрал этот злой взгляд с неё.
— Грейвия... — начал Энтони, касаясь горла, но затем посмотрел на Джозефа.
Лоретт прочистила горло и внезапно встала.
— Было бы лучше, если бы ты избавила наших гостей от своего присутствия. Позволь мне отвести тебя обратно в твою комнату, хорошо?
Её голос дрожал, и её взгляд снова и снова возвращался ко мне.
Твоя комната.
Квилл отодвинула стул и села, улыбка на её губах резко контрастировала с чернилами на лице, которые напоминали следы от слёз.
— Профессор Райделл — мой наставник в дебатах.
— Дебатах, в которых тебе вообще не разрешено участвовать! — выпалила Лоретт, и я вздрогнул, как и Лара рядом со мной, заставив Лоретт в шоке поднести руку ко рту и виновато посмотреть на меня.
Квилл вызывающе приподняла обе брови.
— Останови меня. Расскажи миру, что я — незаконнорожденная дочь твоего мужа. — Я не мог не моргнуть. Это было всё, на что было способно моё тело. — Уродливое пятно на твоей образцовой семье.
Квилл улыбнулась и наложила себе картофеля. Лицо Лоретт потеряло цвет, в то время как Энтони всё ещё держался за горло и теперь смотрел на Джозефа.
— В любом случае... — Квилл полила спаржу и картофель маслом, прежде чем взять бокал шампанского Бриттани. — На чём я остановилась? Ах да... — Она опустошила бокал в вазу с идеальными белыми тюльпанами, прежде чем налить себе воды. — Профессор Райделл, кажется, почти член этой семьи. — Она посмотрела на меня, отпила и откинулась на спинку с задумчивым видом, прежде чем снова посмотреть на Джозефа. — И я подумала, что будет справедливо, если он узнает все стороны этой семьи. — Одна её бровь приподнялась. — Верно?
— Какого чёрта... случилось с её шеей... — выпалил Тони из ниоткуда, его голос был сломленным, его взгляд был наполнен по крайней мере таким же шоком, который овладевал моим разумом.
Лоретт положила руку на его запястье, но он резко отдёрнул руку.
— Энтони...
Он проигнорировал мать, вскочил и уставился на Джозефа так, будто у него был ответ на вопрос, громче всего звучавший в моей голове.