Она сглотнула.
— Каждый раз что-то трескается внутри меня. До сих пор. Но каждый раз я думаю о Давиане и Ларе. И этого достаточно, чтобы найти силы.
Она повернулась ко мне, впервые глядя мне в глаза.
— Я люблю право и свою работу, Квилл. Но Лара — мой ангел.
Она провела платком под правым глазом, позволяя последнему следу своего внутреннего смятения исчезнуть, прежде чем мы продолжили прогулку.
Только сейчас я почувствовала, насколько нестабильны были мои колени.
— Я защищу её любой ценой. И сделаю то же самое для Давиана.
Были такие люди, как Моника и Давиан. И были такие, как мой отец...
Мы прошли под каменной аркой в следующий голый парк, где осенние листья сметались с земли.
— Почему ты никогда не говорила им?
— Потому что каким-то образом всё было идеально...
Идеально.
И в тот момент я поняла, что именно так громко кричало внутри меня, побуждая, несмотря на всё, что она только что рассказала, встать на защиту Давиана.
— Нет.
Under Questioning
Luke Richards
Я снова остановилась.
— У Давиана были проблемы, о которых он никогда не говорил ни вам. Он ненавидит быть юристом.
Моника тоже остановилась, повернулась ко мне, и чувство разочарованной беспомощности овладело мной.
— Это для него просто норма. Он выбрал это только для того, чтобы у Лары была лучшая жизнь. Но он никогда этого не хотел. Он никогда не хотел быть тем, кем мой... — Я запнулась, мысленно проклиная себя. — Он никогда не хотел быть тем, кого Джозеф запланировал для него. Это изматывало его, доводило до отчаяния.
Только когда я подняла взгляд, я поняла, что перегрузила Монику своим эмоциональным выплеском.
— Милая, как ты... — В её выражении появилось замешательство. — Он сказал тебе это?
Она звучала так, будто не ожидала, что Давиан откроется кому-то вроде меня. Его студентке.
— Бывшая жена Давиана ушла от него, потому что он хотел стать писателем на полную ставку. То, что до сих пор разъедает его, только потому что все вокруг него так стремятся, чтобы он хорошо функционировал и вёл нормальную жизнь как часть этой богатой элиты!
Я стиснула зубы, не готовая к моему внезапному порыву эмоций, к разочарованию, которое я носила в себе месяцами от имени Давиана, направленному против всего его токсичного окружения.
Я больше не буду стоять в стороне, пока все они упускают из виду то, чем этот мужчина пожертвовал ради них.
— Квилл, он...
— Джозеф никогда не говорил тебе, правда?
Моника смотрела на меня так, будто была в шоке.
Но пришло время ей узнать всю историю.
— Что Давиан пишет с юных лет. Что ему пришлось пообещать Джозефу, что он перестанет, чтобы сосредоточиться на карьере, чтобы Джозеф действительно взял его к себе в ученики. Что это было условием.