Горячие слёзы пробивали путь по моим прохладным щекам.
Я позволила себе упасть на него, утонула в его объятиях и посмотрела вверх.
— С самого начала мне нужна была только одна причина, Давиан.
Он знал это, знал, что он был этой причиной. И он дал мне это почувствовать поцелуем в волосы, затем ещё одним.
На мгновение мне показалось, что у нас действительно был шанс.
— Я пойду, куда бы ты ни пошёл, — сказала я в конце концов, когда почувствовала, как его слеза упала на мою щёку, и прижалась ближе к нему.
Давиан притянул меня ближе, позволяя мне прильнуть, пока я не оказалась у него на коленях, глядя на него снизу вверх и видя заходящее солнце в его глазах. Моё отражение.
Он поднял мою руку к себе, сначала поцеловал мои костяшки, каждую по отдельности, затем закатал рукав и начал прижимать свои папирусные губы к моей коже, целуя путь вверх и вниз, медленно, снова и снова...
— Что ты делаешь?
Он закрыл глаза, улыбнулся в моё запястье.
— Целую все шрамы, которые никогда не будут невидимыми для меня.
Трепет пронзил мою грудь, и комок грозился выпасть из своего места.
Внутри меня было так много эмоций, которые хотели вырваться наружу, но единственным выходом были слёзы.
Я пролила их немало, пока он продолжал ласкать это место, и мы остались прижавшись друг к другу на крыше его машины, слушая ещё песни Брайана Адамса, пока солнце не поцеловало море на горизонте, не осознавая, что утонет в этом океане.
— Я обещал тебе кое-что.
Я отстранилась от него, наблюдая, как он соскальзывает с крыши машины, прежде чем помочь мне спуститься и достать что-то из багажника.
С комом в животе, который всё рос, я смотрела на пистолет в его руках.
— Давай наконец покончим с этим.
Его слова, казалось, вызвали одну и ту же мысль у нас обоих, и мы на мгновение посмотрели друг на друга, прежде чем ухмыльнуться, будто мы не держали в руках оружие убийства. То, которое всё ещё вызывало у меня кошмары.
— Это был бы единственный способ, которым я хотел бы умереть, — сказал он с улыбкой на губах. — С тобой. В твоих объятиях.
Одна мысль разбивала меня. Но он был прав. Если бы наши жизни когда-нибудь должны были закончиться, я хотела умереть с ним, хотела уйти с ним. Я не могла представить мир без него. Я не хотела его представлять.
Old Friend (feat. CLOVES)
Robin Schulz, CLOVES
— Идём.
Он взял меня за руку, провёл через дюны, по частично замёрзшему песку к тому месту, где море тоскливо тянулось к пляжу, но так и не могло схватить его.
Он смотрел вниз на пистолет.
— Он принадлежал твоему брату.
— Если бы он знал, что Трой умер от одной из его пуль, — тихо рассмеялась я.