— Но похоже... — Он поднял взгляд, сжал губы, затем приподнял обе брови и остановился в трёх футах от меня. — Что для этого есть не одна причина.
Тупая пульсация зашевелилась в моей груди. Предательская. Громкая.
— Квиллон Веритас?
Ещё один фырк. Он замешкался, изучая мои щёки.
— Мне следовало догадаться.
Качая головой, он шагнул ближе, и приятный аромат кофе смешался с запахом сосны.
Было ли греховным, что этот запах заставлял меня хотеть быть рядом с ним? Что я хотела вдыхать его, как вдыхала его пиджак, из которого запах исчез несколько дней назад?
— Это имя — чистая провокация.
Только три ширины ладони разделяли наши лица. Его взгляд был вызывающим, и я забыла, как думать.
— Кто бы ты ни была. — Он втянул воздух тихим, слышимым образом, и его ноздри дрогнули, как и мой живот. — Ты не та, за кого себя выдаёшь.
Он догадался.
Я должна была паниковать, но что-то внутри меня знало, что мне не нужно бояться следующего шага Давиана. И это не имело ничего общего с предсказуемостью.
— Я сама не знаю, кто я. — Это была его вина, что я робко улыбнулась. — ...кроме как когда пишу.
Поддерживая зрительный контакт, я вгоняла мотыльков в отчаяние. Их крылья бились о мой живот, будто вибрировали.
— Это твой псевдоним?
Прядь волос упала ему на лоб, затем ещё одна.
— Я не публикуюсь.
Что не исключало возможности, что у меня есть псевдоним, но я точно не собиралась выкладывать его на серебряном блюде.
Взгляд Давиана остановился на мне. Или, скорее, он утонул в моих глазах, ища ответы, которых я не должна была ему давать.
Как я могла не смотреть на него, когда в этой тусклой реальности — вдали от моего писательства — он был единственным, что заставляло меня чувствовать себя такой интенсивно и с предвкушением, живой в моменте?
Миллиметровая жемчужинка под кожей ниже его правого глаза. Ровные впадины по обе стороны его прямого носа, будто его лепили из глины. Тонкие параллельные линии рельефа его губ. Кружащиеся васильковые галактики, которые формировали его радужки...
Сосредоточься, Квилл.
— Это имя не напоминает мне о родителях.
— О родителях, которые ждут тебя в Канаде?
Его слегка изогнутые брови поднялись, но его пониженный голос не соответствовал критическому выражению его лица. Будто он был сосредоточен на чём-то другом в моём лице, только я не могла понять, на чём остановился его взгляд, прежде чем он нашёл дорогу обратно к моим глазам.
— Или они тоже выдуманы?
Я неловко сглотнула, и его взгляд немедленно скользнул к моему горлу.
Желание слегка наклонить его для него и медленно сглотнуть, бросая ему вызов вернуться к игре в гляделки, было соблазнительным.