Горти смотрит на меня, облегченно вздыхая.
— Берди.
Я киваю, тоже чувствуя облегчение.
Она вернулась.
— Всё в порядке, — говорю я Горти. — Можешь идти спать.
— Но она может быть голодна. — Она шаркает к холодильнику, но я перехватываю ее, беря протянутые руки в свои.
— Я сам о ней позабочусь, Горт. Если ей что-нибудь понадобится, обещаю быть радушным хозяином.
При этих словах она щурится, что довольно трудно сделать за ее увеличительными стеклами.
— Не спугни ее. Я серьезно, Джаспер Прескотт.
Я вглядываюсь в ее лицо. Мы говорили об этом раньше, но это слишком важно, чтобы не переспросить.
— Ты правда не против? Сделать человека частью ковена?
Она берет мое лицо в ладони.
— Эстер была моей подругой больше шестидесяти лет. И моей верховной жрицей почти тридцать. Это не значит, что я не видела множества ее недостатков. Допуск чужаков к посвящению — это разговор, который мы всегда вели только в тени. А теперь посмотри на нас. Десять членов. И лишь одной меньше тридцати, у которой есть хоть какая-то магия. Если мы не будем развиваться, мы вымрем. А ты знаешь, как я отношусь к попыткам отбиться от холодных рук смерти, — добавляет она, покосившись на рейфа.
Я нежно пожимаю ее руку.
— Спасибо, Горт.
Она поворачивается к рейфу.
— Моя угроза касается и тебя, Солнышко. Спугнешь эту девочку, и я стяну капюшон с твоей головы и пущу его на подушку для Пиклза.
Он сияет, проигнорировав угрозу. Мне даже не нужно спрашивать почему. Я знаю, что этот мудак раздувается от гордости из-за своего нового прозвища. Солнышко. Терпеть не могу, что оно ему так подходит.
Снаружи со скрежетом открывается и мягко захлопывается дверца джипа.
— Давай, — снова говорю я Горти. — Иди в постель.
Она позволяет мне довести ее до дверного проема, а дальше идет сама. Через пару мгновений дверь ее спальни закрывается.
Повернувшись обратно к кухне, я делаю глубокий вдох.
— Ладно. Дайн, исчезни.
Он напрягается.
— Но ты же сказал, что рассказал ей о нас.
— Я рассказал ей о магии. Рассказал о себе и о своем ковене. Я не стал вдаваться в тонкости всего сверхъестественного мира.
— В конце концов она должна узнать...
— Ты хочешь, чтобы она осталась? — перебиваю я. — И вообще хочешь, чтобы я завел ее обратно в дом?
— Конечно, хочу!
— Да? А то мне кажется, что зайти сюда и обнаружить Смерть, поджидающую на кухне за партией в карты, будет для нее легким шоком.
Теперь рейф уже официально дуется, скрестив скелетные руки в своих теневых одеждах.
— Я могу надеть оболочку. Она может познакомиться со мной как с Дэниелом.
— Завтра. — Пересекаю кухню и беру его за плечи. — Пожалуйста, Дайн. Доверься мне в этом? Она познакомится с тобой, клянусь. Она познакомится с тобой и будет ценить так же, как и я.