Не знаю, почему не могу просто сказать правду. Возможно, мне слишком стыдно. У него возникнет куча вопросов, а времени на объяснения нет. Нужно вернуться к Джасперу. Заручиться его поддержкой. Я издаю тихий, дребезжащий вздох.
— Баз... пожалуйста.
С потрясенным вдохом маг протягивает руку над секционным столом. Запустив пальцы под капюшон, обхватывает мое горло. И резко шипит, когда железо ошейника Людмилы обжигает плоть на его ладони.
— Нет... — Он тут же отдёргивает руку. На глазах выступают слёзы. — Ты связан? С кем?
— С Людмилой Лачко.
Маг злобно цедит ругательство.
— Эта мерзкая, подлая тварь всё еще жива? Когда она тебя забрала? Как вообще, черт возьми, выследила? Ты же всегда был так осторожен.
— Недостаточно осторожен. — Тон звучит глухо от сожаления.
— Это противоестественно! Надругательство над самим естественным порядком! — Взмахом руки он заставляет исчезнуть и вскрытое тело, и секционный стол. Затем подходит вплотную, хватает меня за плечи и медленно проводит ладонями по моим рукам, пока не берёт мои кисти в свои. — Теперь я вижу. Бедный мой друг… Я чувствую, как всё в тебе искажено. Сколько лет этим узам?
Он поднимает одну мою руку, разглядывая костлявые кончики пальцев. Затем переворачивает ладонь и внимательно осматривает её. Я осторожно высвобождаю руки из его пальцев.
— Сто семьдесят два года… плюс-минус несколько месяцев.
— Ох, Дайн… как ты это выносишь?
— Моя жизнь стала бесконечной пыткой, — хрипло отвечаю я, медленно отступая. — Унижение и скорбь, которым нет конца.
По бледным щекам мага скатывается пара слезинок, оставляя дорожки на кораллово-розовых румянах.
— Почему ты ничего не сказал? Может, я смог бы помочь.
Качаю скрытой под капюшоном головой.
— Исключено. Она держала меня в клетке.
Его возмущение вспыхивает с новой силой.
— Что, всё это время?
— Я здесь только благодаря лазейке в наших узах, — тороплюсь объяснить. — Не знаю, сколько есть времени. Нужна твоя помощь, Баз. От этого зависит моя жизнь.
Он кивает, в глазах светится решимость.
— Да, конечно. Что нужно?
По своей природе я недоверчив. Особенно когда речь идёт о рейфах и всём, что может сделать меня уязвимым. Но если я не могу довериться Базу, значит, не могу довериться никому.
— Что тебе известно о людях, способных помешать рейфу поглотить душу?
— В каком смысле?
Я со свистом втягиваю воздух. Лучше сказать всё сразу.
— Сегодня ночью я иссушал душу… и человек приказал мне остановиться. И я остановился.
Он в замешательстве хмурит брови.
— Но... рейфы не могут остановиться.
— Что ж, а я смог.
— Но это невоз...