Были более срочные вопросы. Кидан рассказала о поместье Нефрази.
– Драммонд-Норт? – Он замер. – Ты нашла их?
– Да.
Он посмотрел на нее, качая головой, и поцеловал в лоб.
– Я уже говорил, как люблю твой ум?
У Кидан запылали щеки, когда он с решительным видом отстранился.
– Инико встретится с нами по дороге. Она звонила. Могила Талаы пуста. Никаких следов артефакта. Скоро он уведет и Нефрази.
У Кидан внутри все упало от разочарования из-за мечей, но она взяла себя в руки.
– Нужно торопиться.
Она не хотела снова потерять Джи Кея.
ГОЛОСОВАНИЕ ДОМОВ УКСЛЕЯ ДОМ ПИРАНОВ 55 ДРАНАИКОВ ДОМ ПИРАНОВ ПРОВЕЛ ОБСУЖДЕНИЕ И РЕШИЛ, ЧТО ДОМАМ-ОСНОВАТЕЛЯМ СЛЕДУЕТ ОСТАТЬСЯ ЕДИНСТВЕННЫМИ ПРЕЕМНИКАМИ ДЕКАНСТВА. ДОМ АДАНЕ НЕ СЛЕДУЕТ ОТСТРАНЯТЬ СО СРЕДИННОЙ ПОЗИЦИИ. Объявлено в суде мот зебейя в четверг, 28-го числа.
62 Джун
Д жун подумала, что неправильно расслышала Уорда.
«Твоя сестра здесь, с Сузеньосом. В тронном зале».
Она промчалась сквозь поместье Нефрази, чуть не врезавшись в глиняную вазу семнадцатого века. И замерла у исполинских дверей, полностью поглощенная их тенью. Джун ненавидела все, что выше нее, – день, когда она поняла, что таковым является почти все, стал поистине ужасным. Крохотные создания вроде нее могли выжить лишь одним способом: оставаясь милыми и тихими.
Но по ту сторону этой двери ее сестра. И если должно было когда-нибудь прийти время поговорить, то оно настало сейчас.
Закусив для храбрости губу, Джун открыла дверь и проскользнула внутрь. Никто не обратил на нее внимания. Все лица были обращены к Самсону, восседавшему на своем импровизированном троне. Обтянутое звериной шкурой кресло с резными подлокотниками в виде раскрытых львиных пастей. Чуть раньше возле этого кресла она лечила зараженную руку Самсона, осторожно расстегнув серебряную перчатку.
Они были вдвоем, и Самсона что-то тревожило – он говорил об эвакуации Нефрази.
А теперь вокруг него воцарилась гнетущая тьма. Настоящий темный король. Его острый взгляд был устремлен на боковую дверь.
Мгновение спустя она открылась, и появился Сузеньос Сагад.
Джун тихо ахнула. Он действительно явился.
Опальный лидер уверенно двинулся вперед, за его спиной виднелись два изогнутых клинка. Атмосфера переменилась, словно вспыхнул пепел войны. Все расправили плечи – даже Джун – словно солдаты по стойке смирно. Джун слышала, как Нефрази оскорбляли Сузеньоса всеми возможными словами, оплакивая своего храброго императора, потерявшего мужество у ног Лусидио. Слушая рассказы о победах Сузеньоса, она чувствовала себя особенно ничтожной – насекомым в пустыне.