Как и в прошлый раз, когда она спросила об опасности, которая грозила Нефрази, он ничего не ответил. Отказывался говорить даже под дулом пистолета.
Будто служил еще одному закону.
Он скользнул по ней холодным, безразличным взглядом.
– Снова осуждаешь, птичка?
– Если ты скажешь правду, не буду.
– Сомневаюсь. Осуждение у тебя в крови. Однажды оно настроило тебя против меня – не спеши повторяться. – Он повернулся к ней спиной. – Одевайся. Мы опаздываем.
Кидан смотрела ему вслед и думала о еще одном законе, который она установит.
4. Заставить Сузеньоса рассказать ей правду – обо всем.
7 Кидан
С тех пор, как Кидан забрала корону Сузеньоса, он медленно раздевал ее, забирая по одному предметы одежды – их новая игра. Кидан размышляла об этом, пока переодевалась в коричневые брюки и серый свитер и завязывала галстук университета Укслей. Сузеньос так и не вернул галстук, который забрал в прошлом семестре. Как и изумрудную заколку с Праздника акторов. Но окончательным победителем станет заполучивший маску.
Кидан вышла во двор, где ее ждал Сузеньос с золотой флягой в руке. Он скользнул взглядом по ее галстуку, и на губах промелькнула улыбка. Кидан подавила желание поправить галстук и пошла дальше. Казалось, взгляд Сузеньоса непрестанно прожигает ее – и она не знала, что с этим делать.
Ветер трепал одежду, пока они шли по тропинке к дому Фэрисов, и в воздухе витал аромат мокрых от дождя листьев и земли. Кидан почувствовала его запах – ноты горящей древесины.
Когда их плечи мельком соприкоснулись, Сузеньос резко вздохнул – его лицо исказилось, словно от боли, и он сделал шаг в сторону. Кидан старалась не обращать на это внимания. Он ей не враг, но это не значит, что он хочет большего.
Хотя в День Коссии он определенно испытывал интерес.
Сузеньос сделал глоток из золотой фляги, слегка нахмурился и убрал ее. Кровь тети Силии. Удивительно, что она еще не закончилась.
– Зачем декану с нами встречаться? – спросила она, недоумевая, почему он не просит ее крови.
– Без сомнения, она хочет обсудить статус Дома Адане. Как мы оба сможем его унаследовать. Будет заседание Совета Домов. Присутствуют все двенадцать.
Его глаза вспыхнули, напоенные кровью. Он решительно сжал зубы, угловатое лицо исказила жажда власти.
Кидан вспомнила его слова, отчаянные и честные.
«Потому что если я потерплю неудачу – а я через ад пройду, чтобы этого не случилось, – будешь готова ты. Ты изменишь нынешний закон дома и введешь новый, который вернет куда больше, чем я потерял».
Кидан хотела, чтобы Сузеньос вернул бессмертие, хотела смерти Самсона, но это не значило, что он на ее стороне. Ведь если он преуспеет и получит дом, зачем она ему нужна?