Декан Фэрис говорила спокойно, но ее тон не допускал возражений.
Слен холодно смотрела перед собой, и Кидан почувствовала удовлетворение, когда мужчина с янтарными глазами отвел взгляд.
Декан продолжила: – А Кидан Адане остается единственной выпускницей своего Дома. Пока.
Нестерпимо захотелось спрятаться – их пронзительные взгляды пристально изучали Кидан, явно считая ее недостойной. Некоторые сразу с усмешкой отвернулись. Некоторые продолжили внимательно ее рассматривать – женщина с острым лицом из Дома Пиранов и мускулистый мужчина из Дома Темо. Михаил Темо – самый быстрый атлет в Укслее, его серьезное лицо красовалось на баннерах вдоль спортивного поля. Ему явно не больше пятидесяти, как и женщине, сидящей с ним рядом, Аджоа Пиран. Кидан знала о главе Дома Пиран лишь один смутный слух. Она не замужем и бездетна, а значит, ее положение наследницы под угрозой.
Аджоа сидела прямо, аккуратно сложив на коленях руки, и ее густые кудри лежали, словно корона. Ее взгляд был сосредоточен исключительно на Сузеньосе, и в черных глазах мелькнула тень гнева, прежде чем они переметнулись к Кидан.
Тогда в них появилась жалость, даже печаль.
– Слухи ходили годами. – Внимание Кидан привлекла декан Фэрис. – Заговоры с целью разрушить всеобщий закон Укслея, эгоистичные амбиции, угрожающие миру и безопасностии, которыми мы наслаждались на протяжении поколений. Сегодня «Тринадцатые» наконец решились высказаться. У меня в руках их официальное предложение.
Брови Кидан взлетели вверх. Она быстро обвела взглядом комнату. На противоположном конце стола появился призрак Тэмола Аджтафа с жестокой улыбкой. У Кидан в жилах застыла кровь. Отправив Тэмола в кому, она надеялась что «Тринадцатые» развалятся, но группа оправилась и выбрала нового лидера. Рядом с ней замер Сузеньос. Ничего хорошего ждать не стоит.
– «Тринадцатые»? – Аджоа Пиран наклонилась вперед, ее локоны подпрыгнули на темном лбу. – Они хотят разрушить Укслей! А мы рассматриваем их предложение?
Кидан обрадовалась, что кто-то оказался достаточно умен, чтобы высказать ее мысли. Когда Кидан разбила машину с Тэмолом на пассажирском сиденье, его ненависть к Домам Адане и Фэрис – двум Домам-основателям – была непреодолима.
«Нового порядка наследования, новых прав собственности». – Сказал он, сверкая зелеными глазами. «Возможности устанавливать собственные законы в домах, как у Домов-основателей».
Это мечта пограничных Домов. Они больше не хотят соблюдать всеобщий закон, делающий Укслей невидимым.
– Их лидер предлагает другое, – сказала декан.