Я не знала, как сделать первый шаг. В Спарте меня не учили этому. Но здесь, сейчас, на этой старой лавочке, у реки, под закатным небом, все казалось возможным. Это мое решение, а значит я могу.
Я медленно, почти робко, наклонилась к нему. Мое сердце колотилось где-то в горле, когда я коснулась его щеки. Он замер — на мгновение, всего на мгновение, — а потом я почувствовала, как его дыхание сбилось.
— Эвелин... — прошептал он, и в этом одном слове было столько вопросов и надежды.
Я не ответила. Я просто закрыла глаза и прикоснулась губами к его губам. Именно таким было мое желание сейчас.
Как и тогда, в первый раз на крыше, его губы были мягкими и теплыми, и он ответил на поцелуй — осторожно, почти невесомо. Его рука скользнула по моей щеке, пальцы запутались в волосах, и я почувствовала, как по спине пробежали мурашки.
Когда мы отстранились, я открыла глаза и увидела его улыбку — счастливую, немного удивленную, такую искреннюю, что у меня перехватило дыхание.
— Ты только что сделала меня самым счастливым человеком на Земле.
Меня это смутило. Я хотела ответить что-то острое, но вместо этого я просто улыбнулась и уткнулась носом в его плечо.
— Замолчи, — прошептала я.
Он тихо рассмеялся и обнял меня крепче. Я чувствовала, как его пальцы перебирают пряди моих волос, как его дыхание касается моей макушки. Ян вздохнул — не тяжело, скорее с сожалением.
— Эвелин, нам пора возвращаться. Дэм сказал, что тебя ждет Анна. Она хочет проверить твою ногу.
Я подняла голову и уставилась на него.
— Что? — переспросила. — Он не звонил тебе. И не передавал никакого сообщения. Откуда ты знаешь?
— Знаешь, Эвелин, скажу тебе по-секрету, — произнес он, наклоняясь ко мне так, что его губы оказались совсем близко от моего уха. Его голос стал тише, почти интимным. — Оборотни не умеют нагревать воду. Но мы умеем мысленно общаться.
Я замерла.
— Что?
— Дэм, — пояснил он, отстраняясь и глядя мне в глаза, — Тоже оборотень, если расстояние между нами небольшое, мы можем с ним общаться мысленно.
Я смотрела на него, пытаясь переварить услышанное. Мысленная связь.
— И давно вы так умеете?
— Всегда, — пожал он плечами. — Просто мы не говорим об этом людям.
Я покачала головой.
— Привыкнешь, — сказал он легко, поднимаясь и протягивая мне руку. — Ну что, идем? Анна ждет.
Он поднял меня на руки.
***
Мы вошли в комнату. Она оказалась больше, чем я ожидала. Полноценная жилая — метров двадцать, не меньше. Стены были выкрашены в теплый, приглушенно-бежевый цвет и на них висели пейзажи: лес в утренней дымке, гладь озера, поле, уходящее к горизонту. Но мой взгляд приковала та, что висела над старой деревянной кроватью. Тропинка, уходящая в чащу. Я узнала ее сразу. На глаза снова навернулись слезы. Я поджала губы, стараясь заглушить неожиданно накрывшие меня эмоции.