Дверь за ним закрылась с мягким механическим жужанием. Аудитория молчала. Иван сверлил меня взглядом. Даша демонстративно собирала вещи, не глядя в мою сторону. Марк просто покачал головой и вышел следом за Каиром.
Я осталась стоять одна посреди опустевшей аудитории, похоже я сделала себя изгоем. Возможно это и к лучшему. Меньше жертв для отца.
Мой джабон пискнул и я увидела сообщение от Михаила: “Жду тебя у себя через пятнадцать минут”.
Глава 12. Доверься мне
Эвелин
Я шла по коридору, почти не чувствуя ног.
“Жду тебя у себя через пятнадцать минут,” — крутилось в голове и от этих слов становилось не по себе.
Я остановилась перед высокой металлической дверью кабинета отца.
Вдох. Выдох.
Дверь не открылась.
Скорее всего он видел инцидент, произошедший в классе и недоволен им. Несколько долгих мгновений я стояла и смотрела на холодный металл, перебирая в голове всё, что могла сказать в своё оправдание. Вот только я хорошо понимала, что все мои слова бессмысленны. Михаилу не интересно, что я чувствую. У него есть свое “безупречное” видение мира и это видение он никогда не изменит. Он воплотит любую свою безумную идею несмотря ни на что.
Наконец дверь с тихим шелестом отодвинулась.
Я сделала шаг внутрь — и замерла.
Каир.
Он стоял напряженный у стены слева от отцовского стола. Его лицо было бледнее обычного, скулы заострились, а губы сжаты в тонкую линию. Как он здесь оказался? Мысль мелькнула и исчезла — не до того.
— Эвелин, — голос отца вывел меня из оцепенения.
Михаил сидел на краю стола, небрежно, почти расслабленно. Смотрел он на меня с тем самым выражением, которое я ненавидела больше всего: холодное любопытство, предвкушающий моих эмоций с целью их отловить, а затем сломать.
— Проходи, не стесняйся. — Он усмехнулся.
Я встала напротив отца, сложив руки за спиной — стойка “смирно”, которой нас учили с семи лет.
— Я перевожу тебя в другое подразделение, — продолжил отец, и его голос стал деловым, ровным, лишенным эмоций. — Оно находится на границе с Сибирью. При бывшей колонии “Чёрный беркут”.
Сердце ухнуло вниз.
Я находила информацию об этом месте, оно было в полном подчинении отца. А это значило еще меньше свободы и еще больше лишений.
— Но прежде чем ты отправишься туда, — Михаил поднялся, — мне нужно, чтобы ты стала идеальным солдатом. Ты не должна ни на что и ни на кого отвлекаться. Ты должна стать безупречной.
Он обошёл стол и остановился в метре от меня.
— И Каир, раз вы с ним так “ладите”, мне в этом поможет. — Он повернулся к юноше. — Правда, Каир, поможешь?
— Да, — голос Каира прозвучал глухо, но ровно.