— Теперь наноботы, — произнесла она, извлекая из холодильника ампулу с мутноватой жидкостью.
Анна ввела содержимое ампулы в капельницу. Снова посмотрела на данные на планшете.
— Уже лучше. Ей нужен покой. А пока я займусь вами и вашей меткой. — Она внимательно посмотрела на Девятого.
— Меня Тимофей зовут. — неожиданно произнес тот.
— Ян, выйди, — она посмотрела на меня. — Тебе не обязательно на это смотреть. Ты нужен здесь — но не сейчас. Сейчас ты можешь отдохнуть. Через две комнаты, направо. Там есть постель и душ.
Я замер.
“Не уходи, — рыкнул зверь в моем сознании, и голос его звучал глухо, почти зло. — Нельзя оставлять Эвелин. Никому. Даже матери.”
— Ян, — голос Анны вернул меня в реальность. Она стояла у кушетки, сжимая в руках инструменты. — Я понимаю. Ты не хочешь оставлять ее. Но если я буду отвлекаться, я могу ошибиться. Ты этого хочешь? Я — ее мать.
— А я знаю ее отца.
Анна посмотрела на меня долго. Так долго, что я начал чувствовать себя неуютно под ее взглядом. Потом она кивнула — коротко, решительно.
— Хорошо. Можешь остаться. Но ты сядешь в угол. — она указала на стул у стены, в тени стеллажа. — И будешь молчать. Если ты издашь хоть звук — выйдешь. Понял?
— Понял, — сказал я и, не мешкая, опустился на стул у стены.
— Ты, — Анна повернулась к Тимофею, и голос ее стал чуть мягче, — будешь чувствовать, как я работаю. Метка в позвоночнике. Я сделаю разрез, обезврежу датчик, освобожу от нервных окончаний и извлеку микрочип. Это не быстро. Но я делала это раньше.
Тимофей кивнул и лег на живот.
Я же активировал планшет. Нашел список надзирателей.
Эвелин Белевская, 22 года. Данные пролистал, я и так знал, что там написано, меня интересовало другое. Приложение 7. Медицинские показатели.
Группа крови: первая отрицательная. Здесь все верно. Это было первое подтверждение, что этой женщине можно доверять. Мысль мелькнула и утонула в следующей строке.
Мой взгляд упал на пункты. Один — с пометкой «видеозапись», второй — с сухим, медицинским описанием, от которого у меня перехватило дыхание.
Глава 46. Правда, которую я боялся увидеть
Ян
Мой взгляд упал на пункты. Один — с пометкой “видеозапись”, второй — с сухим, медицинским описанием, от которого у меня перехватило дыхание.
Я знал. Я уже знал. Слышал это от Эвелин в избе Сибил, но сейчас это воспринималось иначе. Буквы, которые складывались в предложения, предложения — в ужас. Официальный документ. С подтверждающим кодом Спарты. С подписью медицинского протокола. С четкой, выверенной формулировкой, от которой у меня потемнело в глазах.