Эвелин засмеялась — звонко, свободно, как я не слышал от нее никогда.
И я понял: я готов делать все, что угодно, лишь бы она смеялась так. Хоть с кошкой конкурировать. И даже если придется терпеть этого вечно комментирующего Каира.
Глава 51. Новый мир
Ян
— Помоги мне накрыть на стол, — сказал Дэмиан, появляясь в дверях столовой.
Я поднял голову.— Что, сам не справишься? — буркнул я, поднимаясь.— Не справлюсь, — с легкой усмешкой ответил Дэм. — Там много всего.
Я бросил короткий взгляд на Эвелин. Она перехватила его и чуть улыбнулась, кивнула.
Я вышел следом за Дэмианом в узкий коридор, мы прошли несколько шагов до следующей двери. Дэм толкнул ее плечом, я следом переступил порог кухни. Ожидал увидеть серую синтетическую кашу, но не то, что предстало передо мной.На столе, накрытом льняной скатертью в мелкую клетку, стояла большая глиняная миска. Из нее поднимался пар — картошка: рассыпчатая, золотистая, с маслом и щедро посыпанная зеленью. Рядом — тарелка с рыбой. Жареной, с хрустящей корочкой, от которой исходил такой запах, что у меня свело желудок. Еще одна тарелка — салат. Настоящие: огурцы, помидоры, лук. И хлеб. Теплый, румяный, с хрустящей корочкой, нарезанный толстыми ломтями.
Я замер на пороге. Черт возьми, я не видел настоящего хлеба уже… я даже не помнил, когда в последний раз.
— Дэм, — сказал я настороженно. — Откуда это?Он ухмыльнулся, подходя к столу и пододвигая мне стопку тарелок.— Сейчас все расскажем, — отмахнулся он, загружая меня посудой. — Неси в столовую, я сейчас с остальным подойду.
Я хотел возразить, потребовать ответа, но запах картошки ударил в голову с такой силой, что я просто взял тарелки и пошел обратно. В столовой я аккуратно расставил их на большом столе, который оказался достаточно просторным, чтобы вместить всех.
— Ян, что там? — Эвелин повернулась ко мне, и в ее глазах мелькнуло любопытство. Кошка на ее коленях приоткрыла один глаз и снова закрыла.— Ты не поверишь, — сказал я, чувствуя, как уголки губ сами собой тянутся вверх. — Там настоящая еда. Картошка, рыба, салат, хлеб. Свежий. Горячий.
Тим, сидевший до этого молча, поднял голову. По тому, как он сглотнул, я понял: он тоже не видел такой еды много лет.— Откуда? — спросил он тихо, почти шепотом.Я развел руками, показывая, что сам не знаю.
В этот момент в столовую вошли Дэмиан и Анна. Дэм нес большую чашу с картошкой, Анна — салат и тарелку с хлебом.— Садитесь, — сказала Анна, и голос ее звучал мягко, по-домашнему. Она села рядом с Дэмианом. — Не стойте.
Мы с Тимом опустились на свободные места — я рядом с Эвелин, Тим напротив, между Анной и Дэмианом.Я взял тарелку Эвелин и начал накладывать ей еду. Она хотела возразить, но я лишь поднял бровь, и она замолчала, чуть улыбнувшись. Потом наложил себе — щедро, не стесняясь. Не удержался — поднес кусок хлеба к носу. Принюхался. Настоящий. Теплый.