Но новость была потрясающей! Танцы не просто займут Дашу, дав необходимую нагрузку, но и поспособствуют осанке, плавности в движениях и манерам.
— Благодарю вас, ваше превосходительство, — искренне обрадовалась я. — Это очень своевременно.
Он слегка усмехнулся и прищурился, явно довольный моей реакцией.
— Полно, Ольга Георгиевна, это моя забота как родителя. Я делаю то, что должен.
— Всё равно спасибо, — улыбнулась я, поднимаясь с места. — Я буду наблюдать за их уроками, а вечером мы вместе Дашей будем танцевать ещё и перед сном. Медленная мелодия — я могу её напевать вполголоса, плавные движения. Это поможет расслабиться и снять напряжение. Чем спокойнее будет Даша, тем быстрее мы поборем этот кхм… недуг.
Дмитрий смотрел на меня так, будто над моей головой внезапно засветился нимб.
— Вы удивительная, Ольга Георгиевна. Делайте то, что считаете нужным.
После обеда, когда мы с Дашей закончили арифметику, к нам заглянула Марья Фёдоровна:
— Оленька, там учитель танцев прибыл. Ждёт Дарью Дмитриевну в малой гостиной по распоряжению его превосходительства. Там уже всё готово.
Даша подняла голову, удивлённо хлопая глазами. Я не стала ей заранее говорить про танцы, чтобы она не отвлекалась от занятий.
— Уроки танцев, Ольга Георгиевна? — полюбопытствовала слегка разочарованно. — А как же живопись?
— Одно другому не мешает, — я погладила её по плечу. — Хорошо танцевать должен уметь каждый дворянин. Это и осанка, и грация, и умение держать себя в обществе. А живопись никуда не денется. Даю слово, если ты порадуешь папеньку успехами, мы попросим его найти учителя рисования.
Даша вздохнула, но спорить не стала. Взяла меня за руку, и мы направились в гостиную.
Помещение выглядело слегка непривычно: мебель отодвинули к стенам, освободив середину комнаты. Паркет блестел, начищенный до зеркального блеска.
У камина стоял молодой мужчина.
Высокий, стройный, явно не старше тридцати. С тёмными вьющимися волосами и внимательными карими глазами. Неброский, но элегантный мундир сидел на нём безупречно, подчёркивающий широкие плечи и тонкую талию.
Заметив нас, он сделал шаг навстречу и учтиво поклонился — сперва Даше, а следом и мне.
— Дарья Дмитриевна Строганова? — поинтересовался он приятным баритоном.
— Да, — кивнула Даша, приседая в реверансе.
— Честь имею представиться — Михаил Васильевич Львов, отставной артист императорского театра, ваш будущий наставник в танцах.
Уделив должное внимание Даше, он повернулся ко мне, и я заметила, как взгляд мужчины задержался на моём лице чуть дольше, чем того требовали приличия.