Павел понимающе кивнул, хотя сомнение в его глазах никуда не подевалось. Впрочем, он был слишком хорошо вышколен, чтобы задавать излишние вопросы.
— Прошу вас, барышня, — он терпеливо повторил жест, приглашая в пролётку.
Я забралась внутрь, и экипаж тронулся. Мимо проплывали деревянные дома, прохожие кутались в шубы и тулупы. Постепенно я погрузилась в собственные мысли, вспоминая разговор с Дмитрием Александровичем.
«Ладно, была не была, поработаю на Строганова. Да, придётся потерпеть его непростой характер, но зато подкоплю денег, смогу освоиться и встать на ноги. А потом заживу своей жизнью.»
И тут меня осенило.
«А ведь действительно! Сколько женщин, жившие в то (точнее, для меня уже в это) время, доказали, что они способны на большее, чем просто удачно выйти замуж?»
Память услужливо подкинула имена.
Мария Склодовская-Кюри — отличный пример для подражания. В тандеме с мужем две Нобелевские премии, открытие полония и радия. И это лишь малая часть. Софья Ковалевская — первая в мире женщина-профессор математики. Ада Лавлейс — между прочим, дочь поэта Байрона. Она была по сути первым в мире программистом!
Можно перечислять и перечислять! Замечтавшись, я откинулась на спинку сиденья, глядя в потолок пролётки.
«Что, если я попала сюда не просто так? Насколько я помню из памяти прежней Ольги, в это время ещё не было женских гимназий. Я ведь могу сама этим заняться! Открыть гимназию для девочек, чтобы они могли учиться, развиваться и стать, наконец, самостоятельными!»
Мысль показалась мне безумной… и весьма заманчивой! Я так увлеклась, строя первые наивные планы, что не сразу заметила: пролётка остановилась. Поблагодарив Павла, я торопливо поднялась в квартиру.
Первым делом я подошла к книжной полке. Среди потрёпанных томиков поэтов и учебников латыни я нашла то, что искала — тонкую книжицу в потёртом переплёте.
Длинное название гласило: «Жизнь в свете, дома и при дворе. Правила этикета для благородных девиц».
— Да уж, — понимающе хмыкнула я. — «Домострой», только для богатых. Шутки шутками, но эта книжица была мне просто необходима!
Я с интересом полистала страницы. «О приветствиях и поклонах», «Как должно вести себя при визитах», «О разговорах с особами противоположного пола»…
— Что ж, Оля, начнём-ка снова учиться. Чужая память хорошо, а своя надёжнее. Тем более, от этого зависит не только моё будущее, но и вся жизнь.
Георгий вернулся затемно, усталый, со стопкой тетрадей под мышкой. Выглянув из комнаты с раскрытыми на середине книжицей, я поспешила ему объявить:
— Папенька, у меня для вас новость!