— Сивый тебе не просто лиходей с большой дороги…
Безрод на ухо шепнул:
— Не ходи к Длинноусу. Не подставляй людей. Я никто и звать никак, какой с меня спрос? А ты местный.
Двужила ровно водой окатили, он резко выдохнул, кивнул сыновьям, чтобы перестали брыкаться, и обоих немедленно отпустили. Тем же негромким шёпотом он ответил, кивнув на Квочку.
— Длинноусу до неё дела нет. А мне есть. И крепко запомни, родич, да никогда не забывай: нам Длинноус для жизни не нужен. Что есть он, что нет, рожь растёт, золотом наливается. А про чушь вроде княжьего ока, я даже слушать не хочу. То око палит жарче солнца в сухой год. Нам бы дождя…
И отошёл, махнув сыновьям, дескать, за мной оба.
Безрод нашёл глаза деда, братьев, молча кивнул.
* * *
— Ба, Костяк! Давненько тебя не было. С чем пожаловал?
— Вести для боярина, — сухой, долговязый Костяк мотнул головой в сторону Длинноусова терема. — Ну давай, шевели поршнями.
— Дружина! — горделиво бросили со сторожевой стены. — Не пахари, чай. Сапоги у нас!
— Случалось, и в сапогах дерьмо плавало, — буркнул ворожец, и уже громче, — шевели сапогами, дружина!
Наконец ворота отперли и вестоносец проскользнул в щелку.
— Да что там такого срочного? — уже в спину крикнул старший дозора. — Если насчёт Ржаной, так сами виноваты!
И глумливый гогот подтолкнул Костяка в спину. Тот лишь поёжился да ощерился чисто кот, разве что не зашипел.
Длинноуса ворожец нашёл в оружейной: боярин, точил мечи и время от времени прикладывался к питейке с брагой. Не один только любимый меч обихаживал — всё, что было: уже наточенные клинки и секиры лежали на длинном столе справа, те, до которых очередь не дошла — слева, и Длинноус в серёдке с камнем. Даже не сразу понял, что больше не один в оружейной. Костяку пришлось подойти близко, пригнуться да в глаза посмотреть снизу вверх.
— Ты чего? — нелюдимо буркнул хозяин, водя камнем по лезвию, ровно заворожённый.
— Послание голубем пришло. От князя и Стюженя.
— Читай, — равнодушно бросил хозяин и усмехнулся.
Костяк окатил боярина всего с ног до головы оценивающим взглядом, неодобрительно покачал головой, развернул крохотный свиток.
— «Боярину Длинноусу…», тра-та-та, это пропускаем, вот: «…Велю немедленно седлать коня и выехать в Сторожище. Большую Ржаную отстроить заново. Помоги людьми и припасом. Через ключника одари обиженных, за каждого убитого положи золота вдвое против обычного. И быстро скачи в Сторожище». Это от князя, есть ещё от Стюженя.
— Валяй, — едва не с улыбкой разрешил Длинноус и отпил браги.
— «Без промедления уезжай из терема в Сторожище и ни в каком разе не встречайся с Безродом, даже если Сивый встанет на дороге. Объезжай десятой дорогой и не вздумай даже словом с ним перекинуться».